Даша подошла к зеркалу над туалетным столиком. На неё смотрело ее лицо — уставшее, постаревшее, с тенями под глазами, но с новым, твёрдым блеском в глубине зрачков. Она смочила платок в воде из графина на тумбочке и провела им по лицу, смывая следы слёз и дорожной пыли. Поправила волосы. Сделала глубокий вдох.
Она была готова. Или нет. Но выбора у неё не было.
Лестница вниз показалась ей теперь ещё длиннее, чем на подъёме. Каждый шаг отдавался гулким эхом в тишине, которая воцарилась в доме. Все уже сидели за большим обеденным столом. Пирог дымился в центре, но никто не притрагивался к еде. Все взгляды были прикованы к ней. Сергей Вячеславович — суровый и непроницаемый. Галя — настороженная. Дядя Боря — растерянный. Женя и Вениамин — сдержанно-любопытные. Соня, Диана и Лиза — испуганные и вопрошающие. Пуговка — собранная, как перед боем. Маленькая Арина, притихшая рядом с ней. И Людмила Сергеевна, занявшая своё место во главе стола рядом с мужем, её лицо было маской спокойствия, но глаза выдавали бурю.
Даша подошла к своему старому месту, которое, как и комната, оставалось незанятым. Она обвела взглядом всех собравшихся — её семью, её судей, её спасение и её боль.
Даша (голос её был тих, но чёток, и его было слышно в каждой точке замершей столовой): Спасибо, что позволили мне вернуться. И... что дали мне возможность сказать. То, что вы услышите, покажется вам невероятным. Вы будете злиться, не понимать, не верить. Но я прошу вас... просто выслушайте меня до конца.
Она сделала паузу, собираясь с духом, глядя на лица своих детей.
Даша: Пять лет назад я совершила самый страшный поступок в своей жизни. Я бросила вас. Но я сделала это не потому, что разлюбила. Я сделала это потому, что любила вас больше всего на свете. И сейчас я готова рассказать вам, почему.
Глава 3: Начало рассказа
Даша: Пять лет назад я получила письмо. Не электронное, а настоящее, с сургучной печатью. Его прислали из очень старого и уважаемого издательского дома в Шотландии. Они разыскивали потомков одной семьи, которая когда-то давно эмигрировала из России. В их архивах хранился уникальный семейный реликвий — дневник нашей прапрабабушки, Александры Васнецовой.
В столовой повисла тишина, такая густая, что был слышен лишь треск догорающих в камине поленьев. Все смотрели на Дашу, пытаясь осмыслить услышанное. Семейная реликвия? Прапрабабушка? Шотландия? Это было так далеко от той грязной и болезненной истории, которую они себе представляли все эти годы.
Даша (продолжала, её голос набирал силу, обретая уверенность): В этом дневнике была не только её история жизни в викторианской Англии. Там были её рисунки, стихи, ноты забытых романсов и рецепты, которые считались утерянными. Но самое главное... там был зашифрованный путь. Указания. Прапрабабушка Александра была не только художницей и поэтессой. Она была хранительницей тайны.
Сергей (нахмурившись): Какая ещё тайна? Даша, хватит загадок!
Даша: Пап, это не загадки. Это факты. Она спрятала наследие. Не просто драгоценности или деньги. Нечто гораздо более ценное. То, что могло принадлежать только семье. Только нам. Но издатели поставили условие. Жёсткое и бескомпромиссное. Абсолютная секретность. Никаких упоминаний в прессе, никаких утечек, никаких контактов с семьёй до тех пор, пока всё не будет найдено, а права — официально оформлены. Любая огласка могла привлечь внимание... не тех людей. Охотников за сокровищами, авантюристов, тех, кто не остановится ни перед чем.
Галя (сжав руки на животе): И ты... ты просто согласилась? Без разговора с нами? Бросила всех ради какой-то... старинной книги?
Даша (горько улыбнувшись): Нет, Галя. Я согласилась не «ради книги». Я согласилась, потому что они показали мне фотографии. Фотографии из того самого дневника. Там были её картины... наши фамильные герб, который считался утерянным. И там было завещание. Согласно ему, мы, прямые потомки, являемся единственными законными владельцами не только архива, но и родового поместья семьи Васнецовых в Шотландии. Поместья, которое все эти годы считалось бесхозным и которым пытались завладеть могущественные люди. Мой уход, мой «позор»... это был дымовая завеса. Искусственный скандал, который должен был отвлечь всех от настоящей причины моего исчезновения. Чтобы никто не искал связь между мной и внезапно объявившимися наследниками старинного рода. Чтобы обезопасить вас.
Она обвела взглядом ошеломлённые лица родных. Гнев и непонимание в их глазах начали медленно уступать место потрясению и зарождающемуся интересу.