Кэлборн снова скрестил ноги. Крепко.
София улыбнулась шире, опустила глаза и отпустила жемчужину.
— Конечно, я восхищаюсь вашим благородством, — сказала она. — Едва ли можно было ожидать меньшего от герцога, хотя ожидания так редко оправдываются. Как же волнующе обнаружить, что четвертый герцог Кэлборн превосходит любые желания и ожидания.
Он был уверен, что София поддастся ему; будучи герцогом, он не привык стесняться.
— Но должна признаться, — сказала София, склонив голову, — я просто не могу этого так оставить.
— Простите?
— Все очень просто, ваша светлость. Я не могу позволить этому пари продолжаться еще… сколько вы сказали? Еще три дня?
— Они сошлись на трех днях, и, я вас уверяю, не без шума. Я предлагал две недели, Даттон — неделю, а Блейксли настаивал на трех днях.
— Да, это неудивительно, — слегка улыбнувшись, сказала София, тотчас же опустив взгляд. — И я теоретически с ним согласна. В реальности же я должна сделать все возможное, чтобы уберечь леди Луизу от ловушек, расставленных безрассудными спорщиками.
— Я тут ни при чем, — сказал Кэлборн.
— Конечно, нет. Вы же, вероятно, выступаете здесь в роли, судьи, не так ли?
— Это просто спор, леди Далби. Вы и сами не раз затевали подобное, так ведь?
— Вы меня разоблачили, — сказала София, откровенно смеясь над ним. — Я виновата и каюсь, но, полагаю, не в последний раз. Однако нужно уберечь леди Луизу. Подумайте, что станет с моей репутацией, если я не спасу ее.
— Спасете ее, леди Далби? В этом нет нужды. Леди Луиза сделает то, что выберет сама. Она либо продолжит претендовать на эти жемчуга, либо нет. Чем вы здесь поможете?
— В самом деле — чем? — мягко, по-женски уступчиво ответила София. — Вы все для меня прояснили. Разумеется, все именно так, как вы говорите. Леди, скорее всего, поступит как леди. Правда, я не сомневаюсь, что леди Луиза поступит именно так, как поступила бы любая женщина в таких обстоятельствах.
Странно, но в ее устах это прозвучало зловеще и все-таки было правдой или очень похоже на правду. Иногда она как-то необычно формулировала свои мысли.
— Она будет сегодня в Хайд-Хаусе? — спросил Кэлборн.
— Думаю, она приглашена.
— Даттон и лорд Генри наверняка там будут. Вечер обещает быть интересным.
— Более чем уверена, — вкрадчиво сказала София. — Интересно, ваша светлость, а вы не хотели бы заключить пари?
— Какое пари?
— Дружеское пари, — сказала София, переместившись таким образом, чтобы сквозь легкий шелк платья проступил силуэт ее ножек. Кэлборн тоже переменил позу. — Держу пари, что Луиза Керкленд сделает свой выбор, и мы узнаем об этом завтра вечером. Три дня… здесь не требуется трех дней, чтобы принять решение.
— Так быстро? — рассеянно произнес Кэлборн, глядя на Софию и не в силах сосредоточиться. — Вы думаете, ее выбор будет известен уже завтра вечером?
— Я думаю, ваша светлость, что ее выбор будет известен уже завтра вечером, если вечером считать время до рассвета, — уточнила София. — Возможно, я заблуждаюсь, но, тем не менее, до завтрашнего вечера. Спорим?
— Спорим, — согласился он.
— А что насчет имени джентльмена? — спросила София. — Думаю, вы, мужчины, время от времени слишком много значения придаете своей притягательной персоне и совсем недостаточно — неизменной красоте жемчужного ожерелья. Но я останусь при своем мнении, если позволите.
Он, естественно, позволил. Женщина, сколотившая кругленькую сумму на собирании жемчуга и других пустяков, которые она принимала от мужчин, наверняка имела право на собственный взгляд. Однако Луиза Керкленд не была куртизанкой.
— Вы думаете, она предпочтет Блейксли Даттону? — спросил он.
— У Блейксли ведь жемчуг, не так ли? — отвечала она с улыбкой.
— Спорим. Я ставлю на Даттона. Что на кону?
— Не деньги, — сказала София, вставая. — Это было бы слишком примитивно. Скажем, интимный ужин в Кэлборн-Хаусе?
— С удовольствием, — сказал он, кланяясь. — Если лорд Даттон привлечет интерес леди в ближайшие двадцать четыре часа, я приму вас на интимном ужине в Кэлборн-Хаусе.
Где София должна оказаться единственной гостьей. Очевидная победа, если Луиза продолжит вести себя так, как вела себя эти два года.
— А если она выберет еще кого-нибудь к завтрашнему вечеру, то я устрою ужин, где вы будете почетным гостем. Похоже, что в этом пари я не могу проиграть, — сказала София и рассмеялась, глядя ему в глаза.
Он не мог не рассмеяться в ответ. О Софии Далби много чего говорили, но в чем все мужчины были едины — ее общество было очаровательно.