Глава 1
Англия просыпалась. Шлейф весенней ночной прохлады рассеивался под тёплыми лучами утреннего солнца, оставляя за собой будоражащий запах свежего воздуха. Струи света пробивались на землю не спеша, охватывая своим сиянием величественные здания, украшенные узорами готической архитектуры, роскошные сады и скверы, ухоженные зелёные лужайки. Над кристальной рекой Кем парила густая серая пелена утреннего тумана, что добавляла ещё больше загадочности, но при этом создавала чувство уюта и умиротворения. По водоёму, напоминающему серебристый серпантин, несмотря на рань, уже не спеша плавали панты. Кембридж в это время только пробуждался, чтобы через некоторое время наполниться утренней суматохой. Сегодня – воскресенье, поэтому в городе не было оживлёно, лишь некоторые владельцы собак бродили по улицам, выгуливая лохматых и пытаясь прогнать накатывающуюся сонливость.
Элиза мирно спала в своей квартире, что находилась неподалеку от университета, поступить в который стоило ей немалых усилий. Родители девушки были довольно обеспеченными людьми. Мать работала в успешной компании адвокатом, а отец – программистом. Старшая сестра же получила медицинское образование в Кембридже и уехала работать в Америку. Родители настаивали, чтобы Элиза пошла по её стопам. Но в отличие от азартной и решительной сестры Анастасии, девушка была более тихой и мягкой. Именно это и сыграло с ней злую шутку. Сейчас Элиза занималась не тем, чем хотела на самом деле, и хотя искренне любила медицину, всегда в тайне мечтала стать кем-то вроде флориста или ландшафтного дизайнера. Безусловно, она много раз пыталась донести это родителям, но они лишь сердились и повторяли одну и ту же фразу: «Тебе нужна стабильная и престижная профессия для обеспеченной жизни». Каждая такая попытка заканчивалась одинаково: Элиза поджимала губы и уходила в комнату, понимая, что аргумент матери и отца и вправду весомый. Но несмотря на это, девушка не бросала попыток что-то изменить, пока не устала добиваться несбыточного и не смирилась, веря, что так будет лучше для неё самой.
Сейчас Элиза видела прекрасный сон. В нём она шагала длинной грунтовой дорожкой через тихую деревню, ведущей к знакомому деревянному домику у опушки леса. Небольшой забор из потемневших дощечек охранял скромный дворик с сухой травой, которую осень уже успела раскрасить своими коричневыми и золотыми красками. Элиза прошла к самому дому – небольшому зданию из потемневшего дерева с множеством резных орнаментов и элементов. Скрипучий порог немного прогнулся под её шагами, предупреждая, что лучше быть аккуратной. Уже отсюда потянуло запахом трав, сушащихся под крышей и красных домашних яблок из мешка. Элиза осторожно толкнула дверь и шагнула внутрь. Просторная веранда с множеством сушёных цветов, фруктов и даже ягод встретила её приятными ароматами, а за ней – маленькая, но очень уютная спальня с кучей ковров, одеял на кровати, бережно расстеленных в три слоя, и стопкой подушек, накрытых тюлью с классическим цветочным принтом. В комнате стоял и её любимый скрипучий диванчик. Пусть он и был твёрдым, с неприятным звуком после каждого шевеления и относительно маленьким, Элиза обожала его за, как бы странно ни звучало, родной запах с ноткой уюта. В детстве бабушка всегда укладывала много одеял и подушек, чтобы внучке было удобно спать, а сейчас же он просто мирно стоял в углу комнаты, укрытый множеством белых покрывал, вышитых разнообразными цветами: маками, васильками и мальвами.
Напротив спальни располагалась кухня. Здесь всегда был запах свежих пирожков, душистого хлеба и травяного чая. Возле стены располагалась старенькая газовая плита, небольшая деревянная кухонная стенка и железный умывальник. С другой стороны разместился самодельный столик с белой скатертью, вокруг которого в таком же стиле стояли стулья с высокими спинками. Окошко украшала белоснежная занавеска и море цветочных горшков на подоконнике. В углу кухни стоял старенький холодильник, наполненный множеством разных продуктов, в частности кисломолочным сыром. Бабушка всегда заставляла есть Элизу творог в любом возрасте. Эта её «традиция» шла сквозь годы, но оставалось неизменным одно: девушка не любила творог. Всегда на этот аргумент у бабушки находился выход: она добавляла в кисломолочный сыр две ложки сахара, одну сметаны и, конечно же, ягоды, а когда наступала зима – яблоки, хранящиеся в мешке на веранде. С таким подходом даже Элиза, ярый противник творога, становилась бессильной. Что именно из ряда «сметана, сахар или ягоды» делало этот продукт невероятно вкусным, девушка не знала, но руки бабушки определённо творили чудеса.