— Да ну нет, я не мог ошибиться! Эта аура даже сейчас рядом, но где же?! – Хиркус нервно огляделся в непонимании зачем делает всё это, но уже не хотел отступать назад. Не мог отступить.
— Точно! – он осторожно сел на корточки и посмотрел вниз обрыва. Глаза, уловив силуэт лежащего внизу человека, расширились, а сердце начало ещё сильнее биться в груди. Хиркус тут же бросился вниз и осторожно сполз по зсуву земли, подбежал ближе и увидел перед собой ужасающею картину: молодая девушка лежала на влажной после дождя земле промокшая до последней нитки. На тонкой ноге, чуть выше стопы, красовалось синее пятно, похожее на синяк, а с виска струилась кровь.
Он упал на колени рядом, осмотрел бессознательное тело. Хиркус наклонился к её лицу, вслушиваясь в дыхание и взял в свою ладонь девичье запястье, большим пальцем измерял пульс и с облегчением вздохнул, заметив признаки жизни.
— Хотя бы жива, уже хорошо. Значит шанс есть.
Парень как можно аккуратнее осмотрел тело незнакомки на объекты повреждений и убедившись, что переломов нет без колебаний поднял её одной рукой за спину и стянул грязную белую футболку, не осмелившись трогать мокрый лифчик, и переодел в свою сухую рубашку, чтобы избежать ещё большего переохлаждения. Он заметил, что на месте, где лежала девушка, расцвело много голубых цветочков и едва заметно улыбнулся маленькому чуду. Вернувшись к делу, осторожно взял незнакомку на руки, боясь навредить ещё больше, аккуратно уложил её голову на своё крепкое плечо и унёс из леса в поселение с надеждой найти помощь у тётушки. Хиркус торопливо шагал по мокрой от недавнего дождя траве, едва не срываясь на бег. Впервые за столько лет в его сердце появился страх потерять кого-то, о чьём существовании он узнал от силы минут пять назад. Сильные руки рефлекторно обвили хрупкую незнакомку и прижали к мускулистой груди.
— Кем бы не была, откуда бы не свалилась, ты обязана жить, слышишь? – с этими словами парень ещё крепче прижал её к себе и ускорил шаг.
Время тянулось мучительно долго. Эти десять минут к дому казались вечностью для Хиркуса. Наконец-то среди деревьев начали мелькать знакомые крыши Сильваны – поселения целителей. Парень срывается на бег и мчится к своему дому. Он ногой открывает масивную дверь и заходит внутрь, моторно поднимается по ступеньках на второй этаж и в своей спальне бережно улаживает девушку в мягкую постель. Хиркус вышел в коридор и прикрыл дверь комнаты.
— Тётя! – его бархатный голос разлился по всему дому.
В ответ лишь молчание. Парень нахмурился и моторно сбежал по ступеньках вниз и через арку на первом этаже вышел в раскошный сад, не прекращая звать по пути.
Взволнованная травница подходит к парню, едва касаясь его плеча кончиком пальцев.
— Что случилось? Почему кричишь как ошпаренный? – настороженно спросила Намадея, смотря в глаза взволнованного парня.
— Идём, – Хиркус, не желая тратить дрогоценное время на объяснения, схватил женщину за запястье и быстрым шагом утащил в дом к пострадавшей незнакомке. Намадея вошла в комнату и в шоке прикрыла рот, увидев незнакомую раненую девушку без сознания.
— Кто это? – непонимающе спросила травница, что так и застыла в шоке в дверном проёме.
— Какая разница, просто спаси её, прошу! – воскликнул Хиркус. Нервы были на пределе. Парень и сам был удивлён такими резкими изменениями в себе. Он винил себя за то, что не спас незнакомку раньше и больше всего боялся того, что она умрёт.
Намадея, понимая всю серьёзность сложившейся ситуации, торопливо начала метаться из комнаты в комнату, собирая все нужные снадобья. Не прошло и пяти минут, как женщина уже начала колдовать над больной девушкой. Чары не заживляли раны, но помогали организму в борьбе с ними. Хиркус же в это время аккуратно протирал испачканный кровью лоб незнакомки кусочком ткани, смоченной в травяном растворе.
Вскоре Намадея забинтовала все ранки и дала девушке жаропонижающею микстуру.
— Хиркус, принеси какую-нибудь свою рубашку для девочки, – попросила травница. Женщина выглядела уставшей и сонной.
Парень тут же направился к шкафу, взял нужную вещь и сел на кровать возле незнакомки. Хиркус начал аккуратно расстегивать пуговицы испачканной рубашки, в которую он одел её ранее, но его остановила тётя, накрыв его ладонь своей.