— Ты с ума сошел? – с небольшим возмущением спросила тётя. – Я же просила только принести.
— А что не так? – в недоумении и с лёгкой досадой полушепотом спросил парень.
— Она же девушка, давай лучше я переодену её, – уже мягче ответила травница.
— Но я просто хочу помочь, – помрачнел Хиркус. – Что плохого в том, что я переодену её? Сверкать глазами куда не надо не буду.
— А она будет рада этому, когда проснётся?
В этот момент Хиркус осознал, что его желание помочь может быть воспринято неправильно. Он не хотел ставить девушку в неловкое положение.
— Ладно, – неохотно согласился он, протягивая рубашку тёте. – Но я всё равно не понимаю, почему это так принципиально, – закатил он глаза.
— Это элементарное уважение, Хиркус, – мягко ответила травница. – Она сейчас без сознания, мы должны обеспечить ей комфорт и безопасность, понимаешь? Кто знает как девушка воспримет этот твой «добрый жест» когда придёт в себя.
Хиркус кивнул, хотя его терзали противоречивые чувства. Он хотел позаботиться о незнакомке, но понимал, что должен уважать её личное пространство.
— Ладно, позови, когда закончишь, – парень вышел из спальни и неторопливо поплёлся на кухню, кинув тяжелый взгляд на массивную дубовую дверь.
Хиркус устало опустился на деревяный стул, положил локти на стол и прикрыв лицо руками расслабляюще помассировал глаза.
— Только бы с ней всё было хорошо, – тихо, почти неслышно, прошептал парень.
Сейчас стул казался для Хиркуса раскалённым углём, а из-за беспокойства за незнакомку словно кошки скребли на душе. Парню также не давал покоя вопрос, почему он нашел её полностью промокшей, ведь в последние три дня вблизи их поселения не было сильных ливней. К тому же, он никогда не видел одежды, похожей на ту, в которой была незнакомка. Все это казалось странным и загадочным, вызывая у Хиркуса волну беспокойства и любопытства. В то же время парень больше насторожился и решил быть аккуратнее, сильно не поддаваться эмоциям. Он услышал лёгкий стук по стеклу и перевёл взгляд на окно.
— Опять дождь моросит. Странно, раньше на Тэррусе не было дождей так часто весной. Надвигается буря.
Хиркус долго сидел у окна и, погрузившись в раздумья о девушке, а также прокручивая в памяти весь день по минутам, наблюдал за тем, как маленькие кристально чистые капельки воды летели тоненькими струйками вниз, разбиваясь брызгами об землю и листву вокруг. Парень из самого детства любил наблюдать за природой часами, заинтересовано всматриваясь в каждую деталь и эта привычка шла сквозь года. Поток его мыслей прервало лёгкое касание тёплой женской руки.
— Племяш, я закончила, можешь идти к своей находке, – нежно и чуть устало улыбнулась женщина.
Хиркус поднялся и потянулся, прогоняя тягу из затекшего тела. Парень уже было направился к двери, но его остановил тихий голос тёти.
— Хиркус, подожди секунду, – слегка неуверенно, но спокойно произнесла травница, указала взглядом на стул напротив, приглашая сесть, – нам есть о чём поговорить.
Парень вздохнул и неохотно сел на стул, ожидая предстоящего разговора, тема которого была вполне предсказуема. После минуты тишины, женщина наконец-то тихо начала речь:
— Племяш, мне интересно только одно: где ты её нашёл? – осторожно спросила травница.
— Я шёл за медуницей, как ты и просила. Потом какой-то поток энергии… – сказал Хиркус, перебирая в руках кусочек скатерти. Он был уверен, что прав в этой ситуации, но одновременно чувствовал себя нашкодившим котёнком из-за безрассудности.
— А что если бы там было что-то опасное? Ты хоть представляешь сколько всего может быть причиной потока энергии? – не выдержав начала повышать голос взволнованная женщина.
— Да знаю я! Я и не собирался идти проверять, но потом связь начала слабеть, я испугался и побежал за ней, и в конце концов не ошибся. – Парень сделал небольшую паузу, пытаясь успокоить ускоренно бьющееся сердце. – А если бы я не пошёл туда?! Она бы умерла! – срывался Хиркус. Его грудь стала тяжело подниматься и опускаться от учащенного дыхания.
— Ты прав, но всё же я очень переживаю за тебя, – вздохнула и потрепала по волосам, немного привстав, чтобы достать к макушке довольно высокого парня тётя. – Хиркус, ты самое дорогое, что есть у меня во всём мире. Ты определённо поступил правильно и мужественно, но в следующий раз будь аккуратнее, хорошо? Я не могу потерять ещё и тебя, – серьёзно сказала Намадея.
— Да, тётушка, обещаю, – сдавлено ответил Хиркус. Он знал, что много значит для своей тёти, так как у них нет никого кроме друг друга и не хотел заставлять её переживать. Парень нежно взял ладонь женщины в свою и трепетно сжал в качестве успокаивающего жеста.