Я, конечно, присмотрела одно пирожное, которое планировала в себя впихнуть насильно – уж больно аппетитно оно выглядело, как вдруг свекровь заявила:
– Дорогая, я надеюсь, ты не принимаешь эти слухи близко к сердцу?
– Что? – моргнула я озадаченно. Кажется, я прослушала часть разговора, в чём решила тут же повиниться: – Прошу прощения, я так сильно задумалась, смогу ли съесть ещё немного, что не следила за беседой. Очень вкусный ужин!
Герцогиня довольно приосанилась. Хоть готовила и не она сама, но комплиментами столу в её доме, всегда можно было прикрыть пару своих грешков.
– Кушай на здоровье, – благосклонно разрешила свекровь и пояснила: – Я хотела сказать, чтоб ты не волновалась о тех слухах, что последнее время стали появляться. Мы найдём, кто их распространяет и обязательно с ним разберёмся.
Я по-прежнему не понимала, о чём речь, но ситуация мне однозначно не нравилась. Впрочем, это бы не повод оставаться в счастливом неведении.
– А какие слухи-то? – уточнила я невинно, понимая, что сейчас услышу какую-то гадость.
– Да помнишь, леди жаловались, что у них кошки посбегали? – с напускной беззаботностью начала свекровь.
Я кивнула, и она тут же вылила на меня ушат неприятных новостей:
– В общем, особо безголовые судачат, что это ты их похищаешь для особо сложного ритуала.
Мне аж подурнело. Вмиг немного набранное от еды душевное равновесие разбилось вдребезги. Руки, казалось, аж тряслись от слабости, пока я слушала, как герцогиня добавляет:
– Тут ещё кошечка твоя так некстати к нам приехала. Но ты главное не принимай близко к сердцу!
28
Конечно же, не принять я уже не могла. Раз о них узнала герцогиня, то распространялись они как раз в светских кругах, что было совершенно не кстати. Стать изгоем – крайне скверная история для аристократки. В всяком случае, в моём положении.
После первой оторопи, конечно, пришло осознание, что ради мира с Курвосакией никто тут ничего мне не сделает. Даже мягкую постель и вкусную еду не отберут. Однако чувствовала я себя всё равно не важно, поэтому обрадовалась, когда Блейз, наклонившись ко мне, спросил:
– Тебя проводить до спальни?
О да! Пусть в ответ я всего лишь кивнула и, вежливо попрощавшись со всеми, ушла вместе с мужем, но предложение было как нельзя кстати. Более того, я бы не отказалась, если бы меня проводили не только до спальни, но и до кровати. А в идеале ещё бы и не ушёл. Мне сейчас бы не помешал хороший секс, который я и попыталась получить.
Остановившись рядом с дверью в свою комнату, я внезапно обхватила Блейза руками за шею и попросила:
– Останься со мной?
На миг мне даже почудилось, что у меня получилось. Муж нежно прижал меня к себе одной рукой, а другой бережно погладил по волосам. Наклонился и… чмокнув в макушку заявил:
– Тебе сейчас надо отдохнуть, у тебя руки трясутся.
Я бы скрипнула зубами, да у меня на это сил не нашлось. Я прекрасно знала, что мне надо! Но была не способна сейчас прочитать кое-кому лекцию о восстановлении священных сил после хорошей ночи любви. Или хотя бы пары часиков, если уж ночью кое-кому принципиально беспробудно спать!
К себе я вернулась в крайне скверном настроении. Я бы ругалась, да сил на это не нашлось. Просто попросила подоспевшую Аду помочь мне пораньше приготовиться ко сну.
Шираюки всё это время молчала, но стоило компаньонке выйти, как кошка тут же запрыгнула ко мне на кровать и спросила:
– Что-то ещё?
– Да, что-то ещё, – поморщилась я, без желания вдаваться в подробности. – Но в любом случае от ужина и сна толку мало. Долго мне так придётся восстанавливаться.
– А муж…?
– «Тебе надо отдохнуть», – передразнила, недовольная этой глупой принципиальностью. – Не понимаю, о чём он думает.
Кошка ответила не сразу. Помолчала, словно обдумывая ситуацию и так и эдак, покрутила головой, а затем только осторожно спросила:
– А я правильно понимаю, что ночью он не такой принципиальный?
Тут же я повернулась и внимательно на неё уставилась. Азарт полыхнул в крови, возвращая немного сил. Сомневаюсь, что мне хватило бы надолго, но несколько часов я могла продержаться. К тому же спать всё равно не хотелось.