– Ночью да, – подтвердила я, раззадоренная. – Возможно, если я разбужу его, то он не откажет.
– В худшем случае он просто выставит тебя за дверь, – фыркнула Шираюки. – Твой муж явно не из тех, кто обижается из-за такой мелочи на законную жену.
После этих слов я только уверилась в своём желании пробраться к мужу под бочок. Я хотела сейчас нежности, ласки и восхищения. И от Блейза я обычно получала всё это даже без любви, про которую он говорил.
Время в ожидании тянулось долго – не скрашивал даже взятый где-то имперский любовный роман. Слишком чопорный и долгий на мой взгляд, хотя я, кажется, где-то на середине начала понимать взгляды Блейза немного лучше. Подумалось даже, что, может, я тоже хочу так же красиво… но потом я вспомнила наши шалости на кухонном столе, и я поняла, что нет, всё-таки хочу я так же страстно. Чтобы чувствовать себя желанной. Я же не едва распушившийся одуванчик – меня не сдует от мужского интереса.
Слова Шираюки:
– Всё, он уснул, – прозвучали для меня как призыв к действию.
Отметив, что до полуночи осталось несколько минут и Блейз уснул немного пораньше, я влезла в тапочки, накинула шёлковый халат и выскользнула в коридор. Прислуги ожидаемо не было, в нашем крыле горела лишь одна лампа. На замок я потратила, казалось, последние силы, но внутрь проникла.
Ключ с внутренней стороны болтался в скважине, так что закрылась я традиционным способом. А дальше мне бы стоило зажечь светлячок, но я решила поберечь силы. Вместо этого понемногу привыкла к темноте, в которой разглядела спящую фигуру мужа.
Я подошла осторожно, боясь споткнуться. К тому моменту, как я оказалась возле кровати, я уже отчётливо различала предметы – хватало света, проникающего через неплотные шторы. Блейз лежал ближе к дальнему краю, поэтому я легко смогла скользнуть к нему под одеяло и прижаться поближе.
Чувствовала я себя в этот момент необычайно шкодливо. Почему-то казалось, что я перехитрила мужа и сейчас просто «собью» его глупую принципиальность. Вот что он скажет насчёт храпа, когда мы проснёмся в одной потели?
Разглядев умиротворённое мужское лицо в темноте, я потянулась искать губы. Поцелуй сперва был лёгким – едва уловимое нежное касание губ – но даже так я чувствовала восхитительный прилив сил. Потом стал более осознанным, напористым, игривым. Но только я собиралась углубить его, как Блейз внезапно распахнул испуганные глаза.
– Химе? – спросил он встревоженно. – Что ты здесь делаешь?
– О, я решила поработать коллектором, – хитро заявила я, обнимая его за шею. – У вас накопились супружеские долги, сэр!
– Химе, дорогая, не смешно, – пробормотал он испуганно. – Пожалуйста, тебе нужно уходить, срочно. Сколько времени?
– А иначе что? – вздёрнула я бровь, не собираясь сдаваться. – Ты меня съешь?
– Химе… – протянул муж и попытался подняться.
Я уже собиралась повиснуть у него на шее, чтобы он не посмел меня прогнать, как вдруг на мгновение Блейз замер, а затем вдруг повалил меня на кровать. Прижав мои руки к подушке за запястья, он навис сверху, глядя уже иначе.
– Решил меня напугать? – предположила я, а у самой по телу пробежали мурашки.
– А ты разве напугаешься, моя принцесса? – хрипло спросил Блейз, наклоняясь ниже. – Так бесстрашно вошла ночью в спальню к человеку, который отчаянно пытался тебя уберечь, – обжёг он горячим дыханием кожу на моей шее, явно дразня.
– Разве меня стоит беречь от собственного мужа? – попыталась ответить я с вызовом, но вышло скорее томно. – Ты ведь безумно порядочный.
В этот момент Блейз хмыкнул и, чуть отстранившись, чётко проговаривая произнёс:
– Ты так и не догадалась, что я не тот Блейз, которого ты знаешь?
Сердце ухнуло вниз.