Не успела я высказать этим двоим всё, что думаю об их планах дальних странствий, как дверь распахнулась и вошёл дворецкий.
– Мадемуазель? Что вам угодно? – спросил он с коротким поклоном.
– Ах да, вот и вы! – прощебетала Элоди. – Пожалуйста, сопроводите мадемуазель Шмидт в холл. Скоро начнётся ужин, и отец, разумеется, пожелает лично подвести к столу нашего почётного гостя. Такова традиция.
Я в панике оглянулась на Матса, но не прочитала в его глазах никакого отклика.
– А мсье Ноймана я отведу в салон сама! – закончив распоряжения, Элоди кивнула дворецкому и наградила меня улыбкой, которая уже не казалась мне такой дружелюбной. – Не беспокойся, Майя. Я позабочусь о твоём друге.
Я была преисполнена решимости остаться с Матсом, но не успела и глазом моргнуть, как дворецкий уже выдворил меня из комнаты и отвёл в холл, где и оставил, попросив немного подождать.
Что это вообще такое было?
Элоди что, пыталась вызвать у меня ревность?!
Вскоре позвонили к ужину. С лестницы, ведущей на второй этаж, раздался стук трости – тук, тук, тук. Стук становился всё громче: по ступенькам спускался Сирелл де Ришмон собственной персоной. Гордо вскинув подбородок, он прогнусавил:
– Отрадно, что фройляйн наконец одета подобающе положению.
Я ничего на это не ответила, дожидаясь, пока он спустится вниз и подойдёт ко мне. Величественным жестом он подставил мне локоть: очевидно, предполагалось, что я должна взять его под руку. Что ж, делать нечего – видимо, для начала придётся им подыгрывать.
Морально настраиваясь на то, что, как только мы войдём в столовую, в нос мне мгновенно ударит «Аромат вечности», я послушно обхватила руку Сирелла и под мерный стук трости проследовала за ним в зал, по размерам не уступающий большому салону дома Ришмонов. Задерживать дыхание дольше я не могла, пришлось сделать вдох. Вопреки ожиданиям, помещение заполняли тяжёлые и сладковатые травянисто-цветочные ароматы, перебивающие все остальные запахи. Разумеется, сквозь духи пробивался и типичный для «вечных» запах земли, но переносить его с такой маскировкой было легче. Мысль о том, что сейчас принесут еду, тоже придавала сил.
Вслед за нами в салон вошли Элоди с Матсом. Матс кивнул мне, и у меня гора упала с плеч. Кажется, всё в порядке.
В центре зала располагался деревянный стол длиной метров десять, если не больше. Из-за него помещение немного напоминало парадный зал рыцарского замка. Это впечатление усиливали и другие детали – например, плотно задёрнутые фиолетовые шторы. Стены здесь были отделаны деревянными резными квадратами с изображением каких-то фрейлин, турниров и знатных рыцарей. Над ними висели гобелены, сюжеты которых тоже словно сошли со страниц исторических книг. От этого всего помещение казалось очень мрачным. Свечи в канделябрах создавали таинственную атмосферу.
Внутри у меня всё сжалось. Только бы здесь не оказалось никого из амстердамских «вечных», которые могут нас узнать – ведь всего пару месяцев назад мы крупно с ними повздорили. Даже и думать не хотелось, что будет, если нас разоблачат. Баронесса фон Шёнблом наверняка до сих пор в ярости: мы ведь не только забрали у неё метеоритный порошок и помешали сделать из него новую партию «Аромата вечности», но и, по её твёрдому убеждению, нарочно устроили пожар в её имении.
Всё это время я ломала голову над тем, где теперь «вечные» брали «Аромат вечности». Неужели ещё не истратили старые запасы с тех времён, когда Виллем заправлял всем в аптеке ароматов под виллой «Эви»? Или Сирелл де Ришмон давно сам наладил производство и стал снабжать всех желающих?
В помещении находилось человек пять. Приближаясь к ним, я всё ниже опускала голову. Сердце громко стучало. Я едва решилась поднять глаза, чтобы взглянуть на гостей, но никто не обратил на меня никакого внимания. Вместо этого все расступились, и Сирелл де Ришмон гордо прошествовал по образовавшемуся коридору, словно король, чтобы взойти на трон. Он представил нас с Матсом присутствующим, пояснил, что мы прибыли из Германии и поэтому застольные разговоры следует вести на немецком. Затем он указал на отведённое мне место, а сам сел во главе стола. Все остальные тоже расселись, соблюдая строгий порядок, и я вслед за Матсом и Элоди направилась к нашим стульям. Нас с Матсом посадили между Элоди и её отцом, и от этого меня сразу бросило в жар.
Трое мужчин и две женщины – к счастью, никого из них я раньше не видела, – ждали ужина и, очевидно, появления хозяина дома. Как же они были разряжены – просто немыслимо! Словно воображали себя принцами и принцессами. Я слегка толкнула Матса под столом ногой, чтобы он разделил моё насмешливое недоумение, но он лишь покачал головой и остался абсолютно безучастным.