– Что теперь? Оповестишь канцлера? Меня ждет наказание? – я пропустила мимо ушей замечание о своей физической форме.
Картер растерянно посмотрел на меня.
– О чем ты говоришь? Не будет никаких наказаний.
– А что тогда? Что ты сделаешь?
Он усмехнулся.
– Ничего я не сделаю. Будем переплавлять твой гнев. Или направлять его в другое русло.
– Самому-то удалось это сделать?
Картер молчал. Я задумалась, и в голову пришла одна идея.
– Картер, а ты можешь учить меня боевому стилю?
Парень рассмеялся.
– Никак надумала в ряды легионеров вступить?
После его вопроса повисла тишина. Меня затрясло от гнева. Сжав кулаки, я поднялась, опираясь на здоровую ногу, и уставилась на него сверху вниз, подавляя растущую потребность магического выплеска.
– Никогда. Я никогда в жизни не стану легионером. Лучше умереть или сгнить в темнице, чем стать этим отродьем, – мои кулаки сжались, а мышцы напряглись.
Катер побледнел, как от резкой пощечины. Встав, не произнося ни слова, он полушагом-полубегом направился обратно. Я торопилась за ним, чувствуя, как кровь закипала от переизбытка магии, а ладони начинало покалывать. Мысленно удостоверилась, что сундук по-прежнему находился за решеткой. Не хотелось бы убить мага в фортеции, не выполнив задуманное.
Я почти пожалела, что назвала наставника легионеров отродьем. Я ведь имела ввиду в целом, не его. Маг был добр ко мне, хоть и по необъяснимым причинам, и старался помочь. Пусть я не могла понять, какую выгоду в этом он находил для себя, но до чего же приятно, когда о тебе кто-то заботится. Я осознала, что моя ненависть к легионерам готова была отступить, если речь заходила о Картере. Еще я осознала, что невольно называю его магом, а не легионером. Красные плащи ассоциировались со смертью, а маги с чем-то древним и хорошим.
Сначала я скептически отнеслась к обязанности тренироваться с ним. Но сейчас, спустя несколько недель интенсивных тренировок, поняла, как же мне будет их не хватать, если он прекратит занятия. Тело крепчало и требовало новых нагрузок. А вдруг после моих слов он решит, что за подобное необходимо наказать? Я вздрогнула от одной мысли о розгах. Страх переборол адреналин, и на подходе к туннелям я чувствовала лишь усиливающуюся боль в ноге, что вынуждала двигаться все медленнее.
До комнаты я добиралась, опираясь о стены.
Глава 4
В фортеции должны соблюдаться правила.
Никакого своеволия.
Легионеры должны стоять выше остальных.
Если мы не внушим эту мысль, последует неповиновение.
Следом за ним у людей возникнет мысль,
что они могут ослушаться приказа легионеров.
От такого не далеко до восстания.
Из письма Повелителя канцлерам фортеции.
На следующее утро, пока я собиралась на завтрак, ко мне пришла целительница. Молодая женщина сорока лет. Она велела мне лечь на кровать и осмотрела голеностоп. Пока доставала из сумки необходимый инвентарь, я обратила внимание на странное украшение в ее ухе.
– Могу я узнать, что это такое? – я кивнула на ее ухо.
– Это подарок, – без тени смущения ответила она.
Я в изумлении приоткрыла рот. Во-первых, я никогда не видела подобных украшений. Оно напоминало скрученную вокруг своей оси иглу, продетую через верхнюю и боковую части уха, соединяя два хряща. В центре иглы, словно попав в паутину завитка, расположился белоснежный камень. Во-вторых, это был подарок. Пожив в нескольких поселениях, поскитавшись по городам и повстречав множество разных людей, ни на ком я не замечала подобных украшений.
– Как оно называется?
Женщина бросила на меня взгляд, подразумевающий нежелание отвечать на дальнейшие вопросы. Однако мое любопытство было не остановить.
– Просто я никогда не встречала подобных украшений, – произнесла я. Женщина продолжила игру в молчанку, но я не отступала. – Получить такой замысловатый подарок… Мне искренне интересно, как оно называется.
– Это называется фрейфал, – сдерживая раздражение, ответила целительница, – Лежи и не двигайся.