Переступив уже не взметавшийся ввысь огонь, я подошла ближе к реке, и зачерпнула немного воды, надеясь, что холод успокоит звенящие прутья в ментальной темнице.
Я не расслаблялась и ожидала повторного нападения, но Рейдос, посмотрев на меня, громко рассмеялся.
– Картер говорил, что у тебя хороший потенциал, но зачерпнуть воды – вот это уже находчивость. Молодец.
– Мне не нужна твоя похвала, – голос приобрел металлический оттенок. – Ты когда-нибудь применял магию огня в благих целях? В легионерах бы оценили твои умения.
– А с чего ты взяла, что я не был в легионерах?
Конечно же, он был одним из них. Ребенка с подобным талантом сложно упустить из виду.
– Только не говори, что основал фракцию потому, что не понравилось быть одним из них.
– Я никогда этого не говорил. Наша цель – повелитель.
Я молчала, обдумывая сказанное. Рейдос жестом предложил расположиться на одной из коряг.
– Твои проверки когда-нибудь заканчиваются?
– Мне нужно было лично увидеть то, о чем поведала Трис.
У меня перехватило дыхание. То, что сделала эта сумасшедшая во время соревнований – по указке Рейдоса? Теперь ситуация обрела смысл. Как и то, что Тристан не увидел в мыслях блондинки желания убивать. Но больше всего меня пугало, что Трис готова была пойти на убийство только потому, что ее об этом попросил Рейдос.
Меня не шокировала мысль о наемниках, благо их в Мельенторе не мало. В каждом городе существовали зажиточные семьи, которых многие не любили. Но тот факт, что от одного слова мятежника хранитель готов пойти на убийство – вот это страшно.
– Скажу честно, я тебе не доверяю. И, в отличие от блондинки, не пойду убивать по твоему желанию.
– Пока я этого и не жду.
– Тогда чего ты хочешь?
– Чтобы все осуществилось так, как задумано, – он посмотрел на меня. – Можешь спрашивать, о чем хочешь. Раз уж Картер так горд твоими успехами, я могу позволить небольшие откровения.
Хотелось спросить о многом, но я подозревала, что мятежник не станет отвечать на каждый из моих вопросов.
– Расскажи о том, как попал в фортецию.
Рейдос изогнул бровь, будто не понимая, почему я решила узнать об этом.
– Мне было пять, когда я поджог одну из хозяйственных построек. Отец сразу побежал к хранителям-свидетелям, которые забрали меня в фортецию в тот же день.
– Долго ты был легионером?
– До двадцати трех лет.
– И решил пойти против повелителя?
– Примерно так.
– Чего именно ты хочешь добиться?
– Чтобы он покинул престол.
– После чего на него сядешь ты?
Мужчина довольно улыбнулся.
– Если можешь предоставить других кандидатов, с радостью готов обсудить все варианты.
Я была далека от идеи спасения Мельентора, но не чувствовала, что Рейдос мог бы стать достойным повелителем.
– Чем ты готов пожертвовать ради свершения своего плана?
– Мне кажется, ты хотела спросить кем, – немного помолчав, ответил он.
Я посмотрела в его изумрудные глаза и увидела там насмешку.
– Я готов пожертвовать всем и кем угодно.
Его ответ ни капли не удивил. Я сомневалась, что Рейдос ответит, но решилась задать еще один вопрос, ответ на который для меня ничего не значил, просто было интересно.
– Мне кажется, что фортеция бы никогда так просто не отпустила никого, обладающего подобными силами.
– Об этом мы поговорим в другой раз, если представится случай. Отдохнула?
Как я и подозревала, мятежник ушел от ответа. Я знала, как сама покину фортецию. Поскольку бегунки – низшая ступень работы хранителей, никто бы не удивился, если один сбежит. Работа не из легких, надо признать. Но когда легионер вздумает уйти… Красные плащи – рычаг воздействия на мирных жителей. Если кто-то узнает тайны, в которые легионеров посвящали в фортеции, то одними огненными розгами не отделаться.
Тренировка длилась почти до полуночи. Рейдос измотал меня и физически, и магически. Рядом с ним я даже не старалась сдерживать телекинез. У меня было чувство, что перед этим человеком занижать потенциал бесполезно. Весь мой спектакль оказался бесполезным.