быть связан кровными клятвами.
Они должны присягнуть на верность мне и только мне.
Из письма Повелителя канцлеру-легионеру
Утро началось с неприятной новости.
Только я позавтракала и вошла в хранилище, тут же подлетел Никлос и отвел меня в сторону.
– Нужно доставить кое-что в чертоги.
– С чего вдруг мне выпала такая честь? – решила уточнить, немного замешкавшись, но тут же осеклась. Никлос, хоть и состоял во фракции, но по-прежнему был моим наставником, а таким тоном непозволительно разговаривать со старшими. – Я имела ввиду, почему вы решили отправить меня?
– Не поверишь, но по отзывам. Легат Дарио остался полностью доволен твоей работой. К тому же Картер уверен, что мы можем тебе доверять. Плюс ко всему – ты в отличной физической форме.
Я недоумевала. С чего вдруг он решил, что я заслуживаю доверия? Одно дело Тристан, который видел меня в один из самых ужасных моментов жизни. Или Картер – он считал, что знает мои мотивы. Но Никлос? Осторожный, рассудительный, моментами вспыльчивый наставник всегда казался тем, кто не станет доверять другим без основательной проверки.
– Боюсь, что рекомендации легата недостаточно. Повелитель остался недоволен отобранными для него бегунками, – слова вылетели раньше, чем я подумала. Давненько такого не случалось. Письмо повелителя до сих пор лежало в дорожной сумке. Прошло две недели, а я о нем даже не вспомнила.
– О чем ты говоришь?
Я кратко поведала наставнику, что его бегунок обладал короткой памятью.
– Это сейчас не важно, ты же не к нему отправишься. В чертогах остановится один из союзников. Все условлено так, что он сделал заказ ко времени, когда будет находиться в замке.
– Мне просто нужно будет передать рукопись?
– Передашь, дождешься, пока он все изучит, и заберешь обратно. Думаю, что даже ночевать в чертогах не придется.
Перед отправлением я предупредила Тристана. Мне хотелось обсудить его позицию по отношению к Рейдосу, но улучить удобного момента не удавалось. На прощание он призвал меня к осторожности. Словно я сама об этом не помнила каждую минуту жизни.
К ночи я преодолела больше половины расстояния до Аркансы, решив не останавливаться на ночлег. Печать выносливости поражала. Я могла бежать часами, прежде чем чувствовалась легкая усталость. Я могла не спать, если было необходимо. В обычные дни я не пользовалась этим преимуществом, поскольку осознавала, что голова работает на порядок лучше, если высыпаться. Но с этим заданием хотелось закончить как можно быстрее, чтобы лишний раз не появляться в чертогах. Как бы мне не хотелось провести больше времени в местном хранилище, я понимала, что кратковременными вылазками необходимой информации не заполучить.
Настало самое темное время ночи. Я остановила бег, поскольку тропы почти не было видно. Решила переждать пару часов под ближайшим деревом. Усевшись поудобнее, достала из дорожной сумки закуску. Не успев начать есть, ощутила холодный ветер. Когда бежишь, тело воспринимает окружающий воздух иначе. Особенно, если на тебе теплая накидка. Я отвлеклась на внезапно возникшую мысль.
После принятия темной силы я ни разу ею не пользовалась. Ментальные оковы больше не существовали. Тьма больше не рвалась наружу, не требовала освобождения. Она была свободна.
Подняв руку, я потянула за ниточку темной магии. Ладонь тут же потеплела. В темноте было смутно видно, но все же удалось разглядеть отблеск языков пламени. Потушив огонь, я осмотрелась. Рядом лежала пара сухих веток. Соорудив из них подобие шалаша, направила темный огонь. Пламя не было видно, но отчетливо ощущалось тепло. А еще слышался треск. Выходит, темный огонь похож на обычный, разве что ночью его не увидеть.
Небо посветлело, когда огонь погас, а я отогрелась.
На подходе к Аркансе мне встречались люди, перевозящие тележки с товаром. Похоже, столица вновь открыла свои двери торговцам.
Меня до сих пор поражало отличие Аркансы от всего остального континента. Если бы человек, попавший к нам, первым делом посетил столицу, он бы ни за что не поверил, насколько плачевно живут остальные города и деревни. Столица слыла манифестом зажиточности и тщеславия.
Улочки самого красивого города на Мельенторе оказались полны народа. Торговцы, ремесленники и покупатели вернулись к рутинным делам. Люди настолько привыкли жить со страхом смерти, что забыли о нападении другого континента спустя несколько недель. Хотя почему меня это удивляет? Я сама не испытывала никаких особых чувств из-за произошедших событий. О, боги! До чего же нас легко подавить!