– Хоть я и уверен в способностях своих людей, но совершенно не желаю подвергать кого-либо из них опасности, – голос главаря арданелльцев был мягким, но решительным.
– Я могу предложить несколько вариантов.
Пока Рейдос рассказывал о возможных отвлекающих маневрах, которые могли создать арданелльцы, я задумалась о смысле своего пребывания на собрании. Я была членом фракции всего пару месяцев, пусть и знала истинный мотив Рейдоса. Он стремился править Мельентором. Безгранично владеть и подчинять каждого жителя. Возможно, он ослабит гонения прошедших десятилетий. Но что будет с Морганом? Если план удастся, повелителя свергнут (мне безумно хотелось прикончить его лично), что будет с пятеркой сирот, которых он приютил? То, что их взрастили на лжи и гнусной пропаганде, еще не означало, что ребята выросли точной копией повелителя. В глубине души я верила, что Морган изменит свою точку зрения, как только увидит мир за стенами Аркансы.
Во время раздумий я не заметила, как положила правую руку на стол и начала постукивать по нему кончиками пальцев.
– Моргана, ты хочешь что-то сказать? – внезапный вопрос Рейдоса привлек мое внимание.
Я смутилась, поскольку взгляд каждого в комнате обратился ко мне.
– Если честно, мне хочется знать о ваших мотивах, – я посмотрела на главаря арданелльцев. – Я понимаю наши мотивы. Сотня лет подчинения, смертей и унижений. Но что движет вами?
У меня были сомнения, ведь эта тема могла обсуждаться на предшествующих переговорах. И сейчас я, возможно, выставила себя на посмешище, но никакие другие вопросы на ум не пришли.
– Ваш, кхм, повелитель, – начала женщина напротив, – почти два десятилетия разграбляет наш континент. Насылает своих красных плащей, ищет источник магии. Пленит наших людей. Мы до сих пор не знаем, где они и что с ними случилось. Я знаю, что магия покинула вас очень давно, но это не повод для уничтожения Арданеллы. – Она обвела взглядом присутствующих за нашей половиной стола. – Каждый континент поддерживаются своим источником. Если ваш повелитель считает, что может повергнуть в тьму Арданеллу так же, как поверг Мельентор, то сильно заблуждается.
Кое-что новое. Я и не подозревала, что легионеры имели доступ к другим континентам. Интересно, а Рейдос в курсе?
– Что помешало вам закончить начатое? Я видела ваших воинов. Они способны дойти до Аркансы за несколько дней.
– Наши люди помнят великую войну, – ответил главарь арданелльцев. – Ни один из нас не жаждет кровопролития. Это было превентивным актом. Мы наступили и отправили в столицу посланника с предложением прекратить любые попытки проникновения на наш континент. Ваш повелитель, – мне очень нравилось, с каким отвращением главарь произнес это слово, – скажем так, не пожелал отступить с миром. Но тут мы узнали, что ваш сложившийся мир уже стоит на пороге кровопролития.
– Получается, единственное, чего вы хотите, это остановить поиски источников вашей магии? – спросил Тристан.
– Мы хотим, чтобы ни одной ноги легионеров больше не было на Арданелле.
– И что потом? Когда все случится. Наши люди знают, что арданелльцы выжили. Вы позволите вновь открыть торговые пути, мы сможем вернуться к сотрудничеству и мирному сосуществованию? – напирал Тристан.
– Этот вопрос будет обсуждаться между нашим королем и вашим новым повелителем. Армия не решает дипломатические задачи.
– Может вернемся к основному обсуждению? – миролюбиво произнес Рейдос.
Я вновь осмотрела присутствующих. Картер был увлечен беседой Рейдоса с арданелльцами, Никлос бросил на меня жалостливый взгляд, а Тристан сидел с задумчивым лицом.
С огромным трудом я дождалась окончания встречи. Пока мельенторцы провожали арданелльцев сквозь созданные Рейдосом двери, я шепнула Картеру, что хотела бы с ним поговорить. Маг ответил, чтобы я ждала его на том месте, где подвернула ногу в одну из наших первых тренировок.
Я села у реки, детально вспоминая случившийся разговор. Что-то настораживало в том, что соседний континент, который пытались ограбить целое десятилетие, со всем своим преимуществом в виде магии, нуждался в нашей помощи.