Взглянув на Тристана, я увидела только бледное отражение юноши, чей смех обычно переливался, будто самая радостная мелодия. Попытка узнать, что произошло между ним и Никлосом в том лесу, не увенчалась успехом.
– Эй, ты же знаешь, что можешь мне рассказать что угодно.
– Знаю, – ответил он с усталой улыбкой, словно этот разговор измотал его.
– Не хочешь поведать, что случилось? – спросила я, надеясь увидеть хоть каплю спокойствия в глазах Тристана.
– Я пока сам не понимаю, что произошло, – произнес он, глядя в землю. – Как только буду готов, обещаю, расскажу.
Пожав плечами, я прислонилась спиной к стене, упираясь ногами в прилавок. Долгое ожидание оказалось изнурительным. Двигаться следовало тихо, чтобы не привлечь внимание легионеров. От пребывания в одной позе мышцы затекали и требовали разминки, которую я не могла себе позволить. Тристан будто превратился в камень. Если бы не открытые глаза, можно вообразить, что он умер. Меня пугала столь разительная перемена его поведения, но я не стала вновь настаивать на объяснениях.
С наступлением ночи послышались гул и крики. Это означало лишь одно – арданелльцы на пороге столицы.
Я не знала, как Арданелла переправила войско. Помнили ли они, где располагались торговые пути? Один из них наверняка располагался где-то недалеко от столицы. Или они прибыли на могучих летающих созданиях? От воспоминаний я вздрогнула. На Мельенторе не существовали магические создания. Родители говорили, что древние маги не считали необходимым заводить их тут.
Спустя пару часов я начала чувствовать дрожь под ногами. Это означало, что в бой пошли маги земли. Страшно даже представить, что эта война сотворит с нашим континентом. Выжженные поля, иссушенные реки, мертвые люди… Внезапно я осознала, как бы хотела сейчас оказаться на самом краю мира, чтобы не видеть сражения. Как бы хотела перенестись во время, когда все уже закончилось… Чем бы не закончилось.
Просидев шесть часов в самом неудобном положении, поняла, что мне надоело.
На столицу опускалась ночь, звуки сражения становились ближе. Арданелльцы приближались к стенам Аркансы. Еще немного и все будет кончено.
Однако никто не подозревал, что я лично хотела поквитаться с повелителем. И, поскольку в мои планы не входило отсиживаться в стороне, поднялась на ноги.
– Ты чего удумала? – в голосе Тристана легко улавливалось напряжение. Вероятно, благодаря дару, он уже знал, что я собиралась сделать.
– Можешь сидеть тут сколько тебе угодно, а я ухожу, – сомнения не должны меня тяготить, особенно сейчас, когда как магнитом тянуло за ворота.
– Но у нас задание, мы должны…
– Тристан, послушай. Армия уже подошла к столице. Еще пара часов и все закончится. Мы можем оставить свой наблюдательный пункт и посмотреть, что творится там, – я показала на ворота.
– Нет, – юноша качал головой. – У каждого из нас есть задание. Мы должны его выполнить.
– Тогда оставайся здесь, а я пойду осмотрюсь.
Уходя, я не признавалась себе, как сильно нервничаю, оставляя Тристана за воротами. Он ведь не сможет защитить себя. Тренировки фракции вряд ли помогут, если из легких откачают воздух или ошпарят огнем. Но чутье подсказывало, что с юношей ничего не случится.
Меня тянуло на поле битвы. Необъяснимо, безрассудно, но я знала, что должна оказаться там.
Выйдя за ворота, увидела самый настоящий хаос сражения. Благодаря тому, что Арканса немного возвышалась над полем, мне открывался вид до опушки леса. Словно в кошмарном сне, в воздухе витали запахи горелой земли, магии и крови, смешиваясь в едином вихре. Яркие вспышки заклинаний разрывали мрак, уже опустившийся на Мельентор, Создавая зловещие тени, магия танцевала на фоне бушующего неба.
Арданелльцы в голубых туниках сражались с легионерами. Вглядевшись в тех, что оказался ближе всех к воротам, я увидела их лица, искаженные яростью и решимостью. Нетрудно было различить, какие использовались магические силы: одни сжимали в руках пылающие сферы, наполненные огнем, другие вызывали ледяные шипы, которые с треском вонзались в землю, оставляя за собой следы разрушения. Третьи старались смести противников порывами ветра. Крики и звуки столкновений смешивались в единый гул, создавая симфонию хаоса.