— Он в курсе, — говорю я. — Ему важно избавиться от Шона, только бы без лишнего шума.
Прежде чем рассказать все Кэт и Дэвиду, я позвонила Марку и поделилась с ним своей задумкой. Кажется, он вздохнул с облегчением, узнав, что мы возьмем все в свои руки.
— Так вы нам поможете? — с отчаянием в голосе спрашивает Кэт.
Карл выдерживает выразительную паузу.
— Ну конечно же, помогу, милая, — говорит он в конце концов. — Заодно выгуляю свои татуировки, еще и окровавленный фартук ненароком забуду снять, когда пойду с вашим засранцем общаться.
— Боже, он на всю жизнь это запомнит, — довольно ухмыляюсь я. — То, что нужно.
Кэт с облегчением вздыхает:
— Спасибо, Карл. Я не хочу никаких проблем, только…
— Припугнуть его немножко? — заканчивает за нее Карл. — Это я могу, не беспокойся.
— Ты самый-самый, — благодарно улыбаюсь я ему.
— Да без проблем. А теперь я хочу, чтобы ты мне помогла, услуга за услугу.
— Думаю, я знаю, что тебе нужно, — отвечаю я.
Я вижу, как в бар под руку входят Рут и Анна. Это я их сюда пригласила. Ведь меня вчера посетила не одна чудесная мысль.
Увидев Карла, сидящего вместе с нами, Рут бледнеет и испуганно смотрит на меня, сразу догадавшись, зачем я заманила ее в бар. Она обязана рассказать Анне об их отношениях с Карлом, прямо сейчас, как он того и хотел. Бежать некуда. Возможно, это было несколько жестоко с моей стороны, но я знаю — все это к лучшему. Карл и Рут созданы друг для друга, бабушка должна набраться смелости и рассказать об их отношениях всем, в том числе Анне.
При виде сестер Карл теряет дар речи, я замечаю, как у него начинают трястись руки от волнения. При всей его внешней грубоватости, в душе он — очень мягкий человек.
Анна и бровью не ведет, здороваясь с Карлом.
— Здравствуй, Карл, — сухо приветствует его она, — что, Рут наконец-то решила не скрывать ваши отношения?
За ее спиной Рут ахает от удивления.
— Ты правда думала, что сумеешь сохранить это в тайне от меня? — обиженно спрашивает Анна, вскидывая брови. — Если ты еще хоть раз полезешь через эту стену, Карл, тебе точно не поздоровится.
Рут и Карл переглядываются и заливаются нервным смехом.
— Могу я предложить тебе выпить, Анна? — галантно спрашивает Карл.
— Пожалуй, позволю себе немного хереса, благодарю, — отвечает она, усаживаясь за стол.
— Ни в чем себе не отказывайте, — говорит Кэт Карлу и Рут, поднимаясь с места и провожая их к барной стойке. — Всё за счет заведения.
Мы с Анной остаемся сидеть за столиком.
— Как это на тебя не похоже — пить средь бела дня! — восторженно говорю я ей.
— Обычно я не пью, — отвечает она. — Но сегодня — особенный день.
— Почему же? — спрашиваю я.
Она пристально смотрит мне в глаза:
— Я написала Колину письмо.
— Правда? — Эта новость потрясает меня до глубины души. Мне казалось, она никогда его не простит.
— Да. Я много об этом думала, не знаю, смогу ли когда-нибудь до конца простить этого человека, но нужно ведь как-то жить дальше. В наше время эта фраза звучит так заезжено… Но ты понимаешь, что я хочу сказать.
Я тянусь через стол и беру ее хрупкую ладонь в свои руки.
— Конечно, понимаю, — говорю я Анне. — Ты поступила очень великодушно.
— Не глупи, — заливается краской она. — Это ты — настоящее чудо.
— Я? А я тут при чем?
— А кто бы еще стал копаться в истории Тэтти? Ты такая решительная… Вынуждена признать, я у тебя многому научилась. Слишком долго я пряталась в своей раковине, закрываясь от всего нового.
— Даже не знаю, — смущенно бормочу я.
— Это правда, Коко. Ты последовала за зовом сердца, я так тобой восхищаюсь! Какая же ты храбрая, — говорит она.
— Я совсем не храбрая, — возражаю я.
— Очень храбрая, — уверенно отвечает она. — Но я думаю, тебе нужно стать еще чуточку смелее.
— О чем это ты? — Я замечаю в ее глазах лукавый огонек.
— Мне тут Рут все уши прожужжала об одном красавчике по имени Мак…
У меня дух захватывает при одном только упоминании его имени.
— А что с ним такое?
— Сама знаешь, — подмигивает мне она. В этот момент к нам возвращаются Карл, Рут и Кэт с напитками в руках.
— Итак, Коко, что же ты собираешься делать с Джеймсом? Ведь он теперь по ту сторону пролива, — спрашивает Карл. Да, очевидно, Рут уже успела сообщить ему последние новости.
— Такая жалость, — вздыхает Рут. — Вряд ли она проделает столь долгий путь до самой Франции, чтобы с ним поговорить.
— Если честно, — пожимаю плечами я, предвкушая этот особенный момент, — именно это я и собираюсь сделать.