— Это дом Пэдди Морана, он сам эти колонны построил, дай бог ему здоровья, но он одним глазом совсем не видит…
— …такой стыд, бедный мужчина.
— Потом проедете прокат Эдварда и Мегги…
— …извозчичий двор, как мы их называем…
— …повернете за угол…
— …и слева будет нужный вам дом.
— Может, вам записать? — лучезарно улыбается мне Тед.
— Нет, спасибо, думаю, я все запомнила, — благодарю я, искренне надеясь, что действительно ничего не забуду. Сомневаюсь, что я поняла правильно хоть четверть ими сказанного, но придется надеяться на удачу.
— Умница, — ухмыляется Тед.
— Уверена, мы с вами еще обязательно встретимся, — говорит Пег.
— Кто знает, — неуверенно соглашаюсь я.
— Если не сложно, не могли бы вы лайкнуть нашу страничку на «Фейсбуке», Коко? — кричит мне вслед Пег. — Мы пытаемся набрать десять тысяч лайков, осталось совсем немножко!
— У вас есть страница на «Фейсбуке»? — резко оборачиваюсь на пороге я. У этой крошечной забегаловки у черта на куличках тоже она есть?
— Конечно! Кстати, можете подписаться на нас и в «Твиттере», если хотите, — Тед частенько туда что-то пишет, правда, Тед?
— Люблю это дело, — без тени смущения признается он.
— Джей-Зи как-то написал ему на днях, — гордо заявляет продавщица.
— Джей-Зи? Известный рэпер?
— Он самый. Даже ретвитнул одну из наших записей, помнишь, Тед?
— Думаю, тут произошла какая-то ошибка, — краснеет тот.
— Никакая не ошибка, — упрямо настаивает она. — И после этого, кстати, на него подписалось еще больше людей. Так что берите нашу визитку и будем на связи.
Пег выходит из-за прилавка и сует кусочек картонки мне в руку. Визитка украшена миленьким логотипом и замечательным изображением самого магазинчика.
— Рисунок такой красивый, — улыбаюсь я, вертя карточку в руках.
— Его сделала наша подруга Мегги, — довольно отвечает Пег. — Она очень талантливая художница. Быть может, и для вас такие сделает, если захотите, — за определенную плату, конечно. Вполне умеренную плату.
— А вы можете ее в «Гугле» поискать, — советует Тед. — Посмотрите ее работы в интернете — у нее отличный сайт.
— Спасибо, я подумаю, — отвечаю я.
— До встречи! — машет мне на прощание Пег.
— Не проходите мимо! — улыбается Тед. — И не забудьте лайкнуть нашу страничку, пожалуйста. Можете выиграть полугодовой запас чипсов!
Похоже, мне и правда нужно включиться в игру, думаю я, трогаясь с места и выезжая на дорогу вверх по холму. Уж если владельцы крохотного магазина в этой глубинке настолько хорошо разбираются в современных технологиях, пора и мне начать. У них есть страничка на «Фейсбуке», и она набрала почти десять тысяч лайков! Жду не дождусь, когда расскажу об этом Марку — если он когда-нибудь вообще со мной заговорит после того вечера.
Я проезжаю мимо церкви, затем — мимо кладбища и вижу вывеску проката автомобилей. Видимо, я почти на месте. Я заворачиваю за угол и вижу по левой стороне нужное мне здание, как и обещали Пег и Тед.
Передо мной — двухэтажный серый дом, к которому ведет длинная, обсаженная деревьями аллея. Его стены увиты красным плющом, а в окна вставлены огромные, роскошные белые рамы. Со своего места я насчитала целых три дымохода. К громадной входной двери поднимаются высокие гранитные ступени. Этот глэкенский дом живо напоминает мне настоящее феодальное поместье. Подъехав к аллее, я останавливаюсь у зеленой лужайки, покрытой легкой изморозью, чтобы решить, что же мне сказать этому человеку.
Мне нужно вести себя с ним очень тактично — нельзя просто ворваться к Дюку в дом, показать письмо и сказать, что мне кажется, будто оно адресовано ему. У бедного мужчины может сердечный приступ случиться, если он не знает правды о своем прошлом. Нет, нужно постепенно подвести его к истории о настоящем его происхождении. И сообщить ему все как можно деликатней.
Я ставлю машину на ручник и вдруг вижу перед собой какого-то мужчину. Он стоит чуть поодаль, спиной ко мне, у его ног играют собаки. Мое сердце бешено колотится: если это Дюк, то мне предстоит навсегда изменить его жизнь.
— Вот он, мама. Пожелай мне удачи, — шепчу я. И, пока не успела передумать, открываю дверцу авто и выхожу ему навстречу.
18
Я тихонько подхожу к мужчине: он по-прежнему меня не видит. Вокруг него прыгает целая дюжина собак самых разнообразных пород и размеров, все они играют с ним и тычутся носами ему в ноги. Я все еще не вижу его лица, потому что он как раз наклонился к щенкам, чтобы насыпать в их мисочки сухого собачьего корма.