Я удивленно уставилась на него, я не могла поверить своим ушам, но это и правда только что сказал, или мне послышалось? Хотя удивительного тут ничего нет, он всегда отличался оригинальностью, а что может быть оригинальной этого? Правильно ничего.
- Вау, - это было первое, что сказала я, потом уже более шутливым тоном добавила. – Отлично, дожились, теперь я нравлюсь только бисексуальным девушкам, а что, может мне сменить ориентацию?
- Если причина только в том, что ты никому не нравишься, то не стоит, - послышался более шутливый голос только что вошедшего Максима, кажется, он не ревнует, из-за того, что я сижу на коленях его друга. – Тем более ты разобьешь не только мое сердце таким заявлением.
- Пожалуй, соглашусь с ним, - поддакивал Артем.
- Помолчи, подхалим, - я встала, и сделала пару шагов навстречу Максиму, - ты просто конкуренции боишься, - заявила я Артему.
- Серьезно, что ли? – засмеялся парень. – Ты не конкуренция мне. Такому сексуальному, неотразимому, умному, милому, сильному, ну, в общем, этот список можно продолжать долго.
- Легко, - быстро ответила я.
Тут у меня в голове вспыхнуло воспоминание нашего похода в гости к папе, точнее та часть, где он нас приглашал на рождество. Я поняла, что это проделки Артема, он видимо очень хотел посмотреть на наш разговор. Как мне он когда-то сказал, что мы с Максимом развлекаем его, что за нами наблюдать очень смешно и интересно. Что же, раз он хочет зрелища будет ему зрелище.
Я села на перила дивана, и посмотрела на Максима невинным взглядом.
- Что тебе нужно? – улыбнулся тот, а Артем что сидел рядом засмеялся так, что диван тряся.
- Почему вы думаете, что я такая корыстная? – возмутилась я.
Парень ничего не ответил, лишь многозначительно посмотрел на меня.
- Ну, ладно, как бы там не было, ты не прав, - я отклонилась назад, и упала головой на колени Артему, и с озорной улыбкой продолжила. – Я хотела пригласить тебя на рождество, соберется вся моя семья, и мне понадобиться поддержка, что бы выдержать все это.
Парень сел перед нами на журнальный столик, и удивленно посмотрел на меня, потом на Артема.
- Вообще-то я думал домой полететь, - сказал он, - уже даже билет заказал.
- Я бы на твоем месте не отказывался, - произнес Артем. – Плохое мнение у них сложиться про будущего зятя.
Максим непонимающе посмотрел на него, а я ущипнула его под коленкой.
- Просто, о чем ты говоришь?
- Это он просто шутки отрабатывает, - сказала я. – Он сказал моему отцу, что мы встречаемся, и действительно будет не красиво, если ты не явишься. Но если не хочешь, то можешь не идти, - быстро добавила я, честно говоря, я надеялась, что он не пойдет. Мне не хотелось играть на публику влюбленную парочку. Мне не хотелось причинять ему боль, даже не смотря на то, что я все еще злюсь на него.
Он задумался, и пока он молчал, я нервно сжимала руку Артема, который гладил мои волосы. Я ждала его ответа, как приговора, ведь если он согласиться мне придется поддерживать этот глупый розыгрыш и перед братом. Конечно, можно будет ему все объяснить, сказать, что это шутка Артема, а я ее не развеяла лишь за тем, что бы от меня, наконец, отцепились с вопросами о личной жизни. Мне действительно доставало, как они из раза в раз донимали меня глупыми вопросами, я просто не выдержу еще одного такого допроса. Ведь если я приду только с Артемом, они начнут намекать, причем, не заботясь о приличиях, что мы если не встречаемся, то спим точно. Саше везет больше, они его не донимают из-за того что однажды он очень грамотно заткнул их, это было после похорон Кати, и он не заботился о правилах этикета, он был очень страшен в гневе.
Артем заметил мои волнение, и зарылся своими пальцами мне в волосы, от этого жеста я сразу немного расслабилась, но волнение осталось.
- Думаю, мама не обидеться, если это рождество я проведу не дома, - сказал Максим, после мучительной тишины.
- Так вы тоже католики? – боже, от волнения я потеряла последние извилины, о чем я говорю? – Прости, глупый вопрос.
- От чего же? – возразил Артем. – Мы с Максимом и правда, католики, а вот Кирилл православной веры. И это из-за того, что наши предки не хотели отрываться от корней, а нам прививали уважение к семейным традициям.
- Интересно, какой же ты веры? – спросил Максим. – Ведь насколько я понял у тебя родители разных конфессий. Интересно, как же они решили этот вопрос.
Я легонько улыбнулась, это действительно интересовало всех, не смотря на то, что в современном мире вера не занимает важного места. Конечно, в этом не стоит винить самих людей, они росли в таком мире, где говорили, что Бога не существует, ведь это всего лишь была идеология в СССР, и сейчас, когда вера возвращается, мы уже не верим. Мы просто потеряли веру, и в этом наша проблема, ведь каждому человеку нужно во что-то верить, пусть даже не в Господа, хотя бы в себя.
- А никак, - пожала я плечами, - я не крещеная, они рассудили так, что когда мы с братом вырастем, сделаем выбор сами. Везде этот выбор.
- И что же выбрала ты? – осторожно спросил Артем.
- Не кажется ли вам, что выбирать между католицизмом и православьем, это то же самое, что между мороженым с орехами, и клубничным. Мороженое одно и то же, вот только начинка разная, так же и тут. Я так и не выбрала.
- Похоже, у тебя какая-то боязнь делать выбор между чем-то, - немного укоризненно сказал Максим. На том мы закрыли эту тему.
В обществе ребят и прошли дни до рождества. Я больше начала общаться с Максимом, мы усердно делали вид, что ничего не происходило. Поначалу было сложно оставаться с ним один на один, мне все еще было сложно ему верить, но постепенно это прошло. Артем и Кирилл, как и обещали, пошли со мной по магазинам. Мы очень долго выбирали подарки, отчасти это было виной Артема, кто бы подумал, что он очень дотошный в выборе подарков. Он говорит, что уж дарить, то что-то стоящее, и достойное, а если нет, то и не нужно позориться дешевым хламом. Хоть я и поддерживаю его точку зрения, но долгие походы в торговых центрах меня утомляют. Кирилл купил очень дорогое колье и сережки для своей возлюбленной, пока я отлучалась за водой, он купил подарок и мне, правда, не сказал какой. Как бы я его не мучила, он не поддавался.
Так же в это время, я пару раз чуть не спалила свою комнату, и чуть было не выдала себя в магазине. В общем, мои проблемы с контролем силы так и не прошли, так же как и у моих друзей. И если говорить о моих друзьях, то с ними я виделась так же почти каждый день. Мы стали еще ближе, нас объединяла наша общая проблема. Вот Лена наоборот, не брала трубку, вообще игнорировала не только меня, но и Сережу, и даже моего брата. Он раз, когда звонил, поинтересовался, что у нас случилось с Леной, мне не было что ответить ему. Мне самой было интересно, что случилось, я подозревала, что это все влияние Юры. Хотя эта теория казалась абсурдной, ведь ни один парень не мог встать между нашей дружбой.
Со Стасом я не общалась уже почти неделю, он не звонил мне, не пытался подстроить случайную встречу, и это казалось странным. Вообще наша последняя встреча была странная, он не был похож на себя, и похоже, злился на меня, за сказанные им слова. В его глазах была только ненависть, такая чистая и непорочная. А еще он должен выяснить, что со мной происходит. Я уже почти неделю не тренировалась, а мне это было необходимо, ведь я терять форму начну. А если быть честным, то мне просто не хватало его. Когда мы разошлись мне было очень сложно, но я смирилась и даже не думала о нем. Но вот от снова врывается в мою жизнь, и я не знаю, как вести себя. Он сделал мне больно, и я ненавижу его, но все же что-то заставляет меня с ним разговаривать, доверять. Как я где-то читала, « у нее есть сердце, что бы страдать, но нет сердца, что бы любит», так и у меня. Он был как огонь, методично выжигал во мне все хорошее, и вот я привыкла к этому, и как наркоман нуждаюсь в дозе.
Но вспоминала я о нем все реже, поскольку у меня было очень много забот. За день до рождества, я заставила Максима купить елку, ведь, что это за рождество без елки с подарками. Когда мы украшали ее, время будто остановилось, все казалось как отрывком из романтической мелодрамы. Мы дурачились, вешали игрушки, даже танцевали под музыку из радио, в общем, все было очень хорошо, что бы быть правдой. Мне на эту неделю вновь показалось, что я просто человек, и я ничего никому не должна. Мне даже показалось, что мы встречаемся с Максимом, такое впечатление складывалось и в окружающих.