Бэнкрофт решительно покачал головой.
– В-третьих, – продолжая Мейсон, – вы вынуждаете вашего противника перейти к обороне. В таком положении он не в состоянии нападать на вас и указывать вам, что делать, когда и как. Вы заставляете его нервничать. Так что, если я буду заниматься этим делом и если вам нельзя обратиться в полицию, я попытаюсь воспользоваться этим третьим способом.
– А разве это не опасно? – спросил Бэнкрофт.
– Конечно, опасно, – согласился Мейсон, – но, если вы не захотите рисковать, вам не удастся выпутаться из этого дела.
– Ну, а четвертый способ? – спросил Бэнкрофт.
– Четвертый способ, – усмехнулся Мейсон, – убить шантажиста. Время от времени это делают, иногда даже весьма успешно. Однако я бы не рекомендовал вам этого.
– Все в ваших руках, – после некоторого раздумья ответил Бэнкрофт. Вам придется воспользоваться третьим способом. А для начала мы заплатим. Это даст вам какое-то время.
– Это единственное, что вы выигрываете посредством платы, – сказал Мейсон. – Время.
– Какая сумма вам понадобится? – спросил Бэнкрофт.
– Для начала, – ответил Мейсон, – десять тысяч долларов. Я хочу нанять «Детективное агентстве Дрейка» и воспользоваться услугами оперативников. Я хочу выяснить, кто эти шантажисты, а когда узнаю, попытаюсь подкинуть вымогателям столько работки, что они будут заняты только своими проблемами. У них не будет времени ни на вас, ни на вашу падчерицу.
– Это звучит прекрасно, – сказал Бэнкрофт, – если, конечно, вам удастся сделать это.
– Я знаю, что это довольно сложно. Но это единственный способ, если вы, правда, не разрешите мне пойти в полицию и рассказать там всю эту историю.
Бэнкрофт отрицательно покачал головой.
– Я слишком известен.
– Ну и пусть. Объявите об этом во всеуслышание. Выйдите и все расскажите. Покажите, что реабилитация имени вполне возможна.
– Только не сейчас. Последствия будут гибельны для Розены. Жена мне этого никогда не простит. – Бэнкрофт вынул чековую книжку и выписал чек на десять тысяч долларов. – Это предварительный гонорар.
– Частично для покрытия первоначальных расходов, – сказал Мейсон. Он выдвинул ящик стола, взял оттуда маленький фотоаппарат, положил письмо на стол, установил аппарат на штатив и, сделав три фотоснимка с разной выдержкой, сказал: – Этого должно быть достаточно.
Он сложил письмо и вернул его Бэнкрофту.
– Вы даже не представляете, – заметил Бэнкрофт, – какой груз сняли с моих плеч, мистер Мейсон.
– Это еще не все, – произнес Мейсон. – И прежде чем я все сделаю, вы еще, возможно, будете меня проклинать.
– Никогда! Я слишком много слышал о вас, о вашей репутации и ваших успехах. Ваши методы необычны, но вполне оправдывают себя.
– Я сделаю все возможное, – сказал Мейсон, – но это пока единственное, что я могу вам обещать. Это письмо вы положите на место, чтобы ваша падчерица смогла найти его после возвращения домой.
2
Пол Дрейк внимательно изучил копию письма шантажистов, которую Делла Стрит отпечатала на машинке.
– Ну что скажешь? – спросил Мейсон.
– Кому оно послано?
– Розене Эндрюс, падчерице Харлоу Биссинджера Бэнкрофта.
Дрейк присвистнул.
– А теперь, – сказал Мейсон, – взгляни на письмо еще раз. Обрати внимание на то, что деньги и серебряные доллары должны быть вложены в плотно закрытую, красную кофейную банку.
– Ну и что?
– Дело в том, – продолжал Мейсон, – что доставка денег произойдет водным путем. Банку надо будет бросить в воду. В конце концов, для шантажистов – это лучший способ. Бэнкрофты в настоящее время живут на озере Мертисито. Розена Эндрюс, падчерица Бэнкрофта, любит водные лыжи. Я думаю, ей позвонят по телефону и прикажут покататься по озеру на водных лыжах с банкой под мышкой и бросить эту банку в определенном месте озера, убедившись, что вокруг нет никого.