Джейкоб, похоже, настроился выслушать рассказ, но Лэнг начал с вопроса:
— Удалось узнать что-нибудь насчет «Пегаса»?
Джейкоб устроился на диване, вернее, на полосе кожи, натянутой, словно гамак, на хромированном каркасе, и вынул трубку из кармана старенького свитера.
— Вообще-то, очень немного.
Лэнг тоже сел. Ему пришлось сдержать нетерпение, пока Джейкоб совершал ритуал раскуривания трубки.
— Пегас… — сообщил Джейкоб между клубами дыма. — Пегас — это крылатый конь из мифологии древних греков, пробивший ударом копыта источник Ипокрена на горе Геликон.
Лэнг заерзал в кресле, но промолчал, рассчитывая, что Джейкоб рано или поздно все же перейдет к сути дела.
— Не знаю, какая может быть связь между мифическим животным и коммерческой организацией, — глубокомысленно заметил тот. — Но эта компания оказалась интересной сразу в нескольких отношениях. — Во-первых…
В трубке громко зачавкало, он опять умолк и принялся ковыряться в вересковом чубуке каким-то инструментом, похожим на длинный гвоздь. Лэнгу очень захотелось вырвать у него проклятую трубку и швырнуть ее в окно.
— Я знаю, что это за мифическое животное. Расскажи о компании.
— Корпорация с Нормандских островов, зарегистрирована на Джерси. — Джейкоб выгнул брови, похожие на гусениц, давая понять, что готов выслушать вопрос.
— Ты хочешь сказать, что она находится под защитой закона о банковской и корпоративной тайне? — поинтересовался Лэнг. — Сведения о личностях акционеров и служащих держатся в секрете, а денежные операции не облагаются налогами?
Джейкоб выпустил из трубки очередной сноп дыма и ответил:
— Именно так. Законным образом мы не смогли бы узнать даже о том, что на счета этой компании ежегодно поступает по несколько миллиардов долларов. Довольно необычно, если учесть, что она ничего не производит; во всяком случае, ни о каких ее предприятиях ничего не известно.
— Боже! — Лэнг чуть слышно присвистнул. — Ведь это же больше национального дохода некоторых стран. Откуда же берутся эти деньги?
— Еще любопытнее то, что многие источники прямо принадлежат католической церкви, как, например, инвестиционные фонды папы римского, или тесно с нею связаны. Это различные католические благотворительные агентства.
Лэнг поймал себя на том, что слушает с раскрытым ртом, вернул челюсть в нормальное положение и осведомился:
— Но с какой стати? Ведь не может быть, чтобы они в лотерею столько выигрывали, верно?
Джейкоб пожал плечами:
— К несчастью, сотрудники «МОССАДа» по понятным причинам не могут вплотную познакомиться с жизнью католической церкви, внедриться в Ватикан или папское правительство. Но, чем бы «Пегас» ни занимался, работу он ведет не по телефону, факсу или электронной почте — не по тем коммуникациям, за которыми следит «Эшелон». «МОССАД» уже не первый год знает о его существовании, но никогда им не интересовался.
«”МОССАД” никогда не считал, что отсюда может исходить опасность для еврейского государства», — мысленно поправил Лэнг.
— Есть какие-нибудь соображения насчет того, куда эти деньги идут потом?
— В географическом плане? — Джейкоб снова принялся разжигать трубку, на сей раз деревянной спичкой. — В основном в Европу. Сеть сосисочных в Германии, торговля бензином в Великобритании, лыжные и морские курорты во Франции. Предприятий слишком много для того, чтобы отслеживать все их из одного только любопытства, а связи между ними зашифрованы. Они не нарушают законов, по крайней мере явно, платят налоги, когда этого не удается избежать, и все такое.
Лэнг ненадолго задумался. У всех перечисленных предприятий было одно общее свойство — солидные суммы наличных денег.
— Сдается мне, что это большая прачечная по отмыванию денег. Как насчет контактов с Азией, Южной Америкой — теми регионами, где занимаются наркотиками?
Джейкоб вновь выпустил струйку дыма и лишь отрицательно покачал головой.
— Какие-нибудь имена?
— Я же тебе сказал: «МОССАД» здесь особо не копался. Все это мне пришлось выяснять, пользуясь личными связями.
— Как насчет Джерси? У «Пегаса» там только юридический адрес или в тех местах на самом деле ведутся какие-то операции?
— Не знаю. Зато могу сказать, что на удивление много операций проводится через биржу в Лиссабоне. Там может находиться центр их деятельности или же просто перевалочный пункт.