Из коридора напротив входа появилась Нелли и не без удивления взглянула на усы и пухлые щеки герра Шнеллера. Они рассматривали друг друга с тем несколько насторо-женным любопытством, с каким встречаются на улице собаки. Лэнг с изумлением отметил, что она осталась почти такой же, какой он запомнил ее. Ни единой серебряной нитки не появилось в иссиня-черных волосах, которые, казалось, отливали зеленью и янтарем, прямо как крыло вороны в солнечном свете. Лицо было гладким, без единой морщинки, которые с возрастом делаются все настойчивее. Подбородок оставался все таким же острым. Единственной уступкой прошедшему времени было платье до колен, сменившее памятные Лэнгу мини-юбки. Ноги были стройными, без намека на рисунок проступающих варикозных вен. Важнейшие части тела сопротивлялись силе земного тяготения так же успешно, как и старости.
Лэнг ласково обнял ее и чмокнул в щеку.
— Нелли, ты все так же молода и хороша.
Она показала зубы, гонорар за которые должен был позволить хотя бы одному ребенку ортодонта закончить университет.
— Тут заслуга не столько моя, сколько моего пластического хирурга. Невероятно дорогого, между прочим.
Мадам все еще сохранила акцент, выдававший ее балканское происхождение. Чуть подавшись назад, она вскинула голову и всмотрелась в него, словно перед нею была какая-то диковина в стеклянной банке.
— А ты… ты изменился.
— Не все могут так упорно сопротивляться старости, как это удается тебе.
Густые красивые волосы всегда были ее главным достоинством — по крайней мере из тех, которые Лэнг мог видеть. Она покачала головой, шелковистые пряди взволновались на плечах.
— Я не об этом, дорогой.
Лэнг дотронулся пальцем до усов и щеки и сказал:
— Ладно, признаюсь. Я не хочу, чтобы в Лондоне меня узнал кто-нибудь еще, кроме тебя.
— Я думала, ты сменил работу. — Уголки чувственного рта раздвинулись в улыбке.
Рейлли выпустил ее и, скосив глаза, быстренько посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что рядом нет посторонних. Поздновато. Если бы «Пегас» ждал его здесь, то Лэнг был бы уже мертв. Слишком много внимания уделил он окружающей обстановке, чтобы заметить возможную опасность. М-да, смерть как следствие плотского желания…
Лэнг шагнул назад и закрыл дверь.
— Действительно сменил. Я опасаюсь полицейских.
— Говоришь, полицейских, дорогой. — Нелли вновь продемонстрировала великолепные зубы. — Ты пришел как раз туда, куда нужно.
— Именно это я и надеялся от тебя услышать.
Вторично окинув взглядом комнату, Лэнг не увидел ни одного знакомого лица. Работа здесь была тяжелой, и Нелли часто обновляла состав.
— Я хотел бы переночевать и, если можно, позвонить по телефону, — сказал Лэнг.
Она вскинула ухоженные брови, подхватила его под руку и переспросила:
— Говоришь, позвонить и переночевать? Неужели мои девочки настолько плохи, чтобы нужно было вызывать кого-то со стороны?
— Нет-нет. — Лэнг изобразил скромную улыбку. — Мне нужно поговорить с другом из Штатов. Между прочим, со священником.
— Со священником? — Нелли рассмеялась отрывистым, похожим на кашель смехом. — Уж мы-то знаем, кто они такие и что творят. Если так, то неудивительно, что тебя никогда не привлекали мои девочки.
Последнюю фразу она произнесла погромче, и некоторые женщины вскинули головы. Не будь Лэнг так сосредоточен на мыслях о «Пегасе», он, возможно, покраснел бы.
Нелли взяла его под руку и повела в коридор, из которого только что вышла. По обеим сторонам было множество дверей, как в гостинице, правда, без номеров. Перед одной они остановились, и Нелли запустила руку под блузку.
Лэнг собрался было выдать какую-нибудь сальную шутку, но хозяйка заведения извлекла ключ, открыла дверь и пояснила:
— Это комната Су Ли. Сейчас она уехала с клиентом на испанское побережье.
В комнате странновато пахло. Лэнг не мог понять, чем именно.
Нелли сморщила нос и сказала, не дожидаясь вопроса:
— Она что-то готовила здесь на плитке. Вьетнамские, китайские и тому подобные блюда. Ты скоро привыкнешь. Уверен, что тебе не нужна компания, дорогой?
Такая комната вполне могла бы находиться в университетском кампусе. У стены стоял туалетный столик с большим зеркалом. Из мебели здесь были только простой деревянный стул, металлический комод и односпальная кровать. Лэнг представлял себе жилище дорогой проститутки совсем не таким.
Нелли правильно поняла его оценивающий взгляд.