— Как будто я какой-то редкий зверь.
— Даша! — испуганно одернула ее Софья Осиповна. — Что ты несешь?
А Полина Евгеньевна вдруг расхохоталась.
— Ты права, детка, именно так я на тебя и смотрела после того, что мне наговорила твоя бабка.
— Бабушка…
— Ну все, довольно, — сказала Софья Осиповна, — хватит всем притворяться! Так вот, Поля знает все, что знаю я об этом деле. А что касается Воскресенского, то… Поля, будь добра, расскажи им все, что рассказала мне, а я пока подумаю… У меня возникла одна идея…
Софья Осиповна встала и принялась ходить по саду, а Полина Евгеньевна повторила ребятам то, что знала о Воскресенском. Надо заметить, что они были разочарованы.
— Но нам это почти ничего не дает… — огорчилась Даша.
— А на что же вы рассчитывали, обращаясь ко мне? — засмеялась Полина Евгеньевна. — Что я сразу дам вам на него компромат? Так, кажется, это называется?
— Нет, конечно, — улыбнулся Стас. — Мы вам и так очень благодарны, просто нам надо будет все хорошенько обдумать…
— Хочу сразу сказать — не беспокойтесь, я буду нема как рыба.
— Спасибо! — прижал руку к сердцу Стас.
— Полина Евгеньевна, еще одна просьба… — тихо проговорила Даша.
— Слушаю тебя!
— Если вдруг вы увидите меня здесь, в поселке, то…
— То мы с тобой не знакомы, так?
— Так.
— Договорились, но все-таки считаю своим долгом предупредить… Чем дальше вы будете держаться от этого типа, тем лучше! Хотя твоя ненормальная бабка, по-моему, уже полностью в это вгрузилась, как теперь выражаются. Ну что это она с таким глубокомысленным видом таращится на львиный зев?
Действительно, Софья Осиповна стояла возле клумбы с необычайно крупными цветами львиного зева и о чем-то думала.
— Соня! — окликнула ее Полина Евгеньевна.
— А? что? — словно бы очнулась Софья Осиповна и подошла к столу.
— Соня, что с тобой?
— Да нет, ничего, была одна шальная мысль, но… Ну что ж, пожалуй, нам пора возвращаться домой.
Полина Евгеньевна уговаривала их остаться на обед, но они отказались, пообещав непременно еще приехать и погостить подольше.
По дороге на станцию они прошли мимо дачи Воскресенского, которая и впрямь оказалась абсолютно ничем не примечательной.
— Но ведь у него наверняка должна быть городская квартира, — заметил Стас. — Ее, видимо, он тщательно скрывает от всех. Хорошо бы все-таки узнать, где она.
— Как мы это можем узнать, не имея машины? — вздохнула Даша. — Правильно Петька говорит: сыщик без мотора — мертвый сыщик. Бабуль, почему у тебя такой таинственный вид?
— Понимаешь, мне пришла в голову одна идея…
— Насчет чего?
— Насчет того, как попасть в квартиру этого вашего Кострючко. К его несчастной жене…
— Бабушка!
— Мне просто не дает покоя мысль о ней…
— Софья Осиповна, но это же опасно! — воскликнул Стас.
— Да почему, собственно? Не станут же они убивать пожилую даму из провинции, которая нежданно-негаданно нагрянула в Москву к племяннице.
— Что? — разинула рот Даша.
— Я пойду туда с двумя чемоданами! Приеду на такси и пусть попробуют меня не впустить!
— Да они вам просто не откроют!
— Откроют, куда денутся!
— Допустим даже, что действительно откроют и впустят, но уже не выпустят! Они вас тоже возьмут в заложницы!
— Ну, во-первых, вдвоем это не так уж страшно…
— Бабушка, ты сошла с ума!
— Ты и вправду так считаешь?
— Еще бы! Ведь эта женщина тебя в глаза не видела. А если она заявит, что знать тебя не знает? Тогда что?
— Тогда все просто… Я скажу, что ошиблась адресом, для провинциалки это неудивительно!
— Нет, это глупость, ты про это просто забудь!
— Но как же? Там эта несчастная женщина…
— Ты же ничем ей не поможешь! Только все осложнишь.
— Стасик, ты тоже так считаешь?
— Конечно! Да и вообще, глупость это… Соваться туда надо уже наверняка, чтобы увезти ее и спрятать, а так, для моральной поддержки… Ерунда. Моральную поддержку ей уже оказали, когда Даша позвонила туда. И хватит. Мы попытаемся ее освободить сами. Нас много, у нас опыт…
— А я просто старая дура?
— Мы этого не говорили! — засмеялась Даша.
— Ладно, я вам это еще припомню!
Глава 9
ВСЕ ОЧЕНЬ СТРАННО
Софья Осиповна вышла на своей станции, а Даша со Стасом решили съездить в Москву. Звонить они не стали, благо Лялька неотлучно сидит возле больного отца. Дверь им открыл Петька.
— Ну слава Богу! Я уж не знал, что и думать! От вас ни слуху ни духу! Ну, есть новости?
Даша быстро пересказала все, что им удалось узнать.