— Я!
Кирилл незаметно для Марины покрутил пальцем у виска. Мол, ты, Квитко, спятил! Зачем себя назвал? Но Петьку уже несло по кочкам.
— Вы позвоните, позвоните! Не откладывайте в долгий ящик!
— А если я его не застану? Если он в отъезде?
— Тогда, конечно, хуже, — сник Петька. — Но попробовать-то надо!
— Ну что же, раз ты настаиваешь…
Марина поднялась и пошла к дому. Едва она скрылась, как Петька тенью метнулся за ней и замер у открытого окна. А что, если позвонит своему женишку? Тогда надо уносить ноги. Такое с ним уже однажды было, но тогда они с ребятами успели убежать.
Однако Марина и впрямь позвонила Медынскому.
— Всеволод Григорьевич, здравствуйте, как хорошо, что я вас застала! Это Марина Корабелова! Да, да, я! Всеволод Григорьевич, у меня к вам такое странное дело… Ко мне явился парнишка, рассказывает весьма неправдоподобные истории, но очень важные для меня. Если это соответствует действительности… А когда я попросила каких-нибудь доказательств, он сказал, что прямых доказательств нет, но ему надо верить. И стал искать общих знакомых… И вот выяснилось, что вас мы оба знаем. Его зовут Петр! Да, да, Квитко! Именно Квитко! Да, он сейчас здесь, только в саду… Вы так считаете? Боже мой. Если все, что он рассказал, правда… Но что же мне тогда делать? Нет-нет, я это сама с собой… Вам его позвать? Хорошо, сейчас…
Петька ринулся обратно в кусты. И почти тут же появилась Марина, она была бледная, подурневшая…
— Петь, он и вправду тебя знает! И ждет у телефона, иди скорее!
Петька не заставил себя просить дважды.
— Алло! — закричал он в трубку. — Всеволод Григорьевич! Сколько лет, сколько зим!
— Здорово, Петя! Я так понимаю, ты все еще не угомонился?
— Всеволод Григорьевич, тут такое дело сложное…
— А что ты хочешь от Марины? Она какое отношение к этому делу имеет?
— Собирается замуж за преступника! — без обиняков выложил Петька. — А мы решили этому помешать! Только она нам не верит.
— Вас там много?
— Двое. Я и еще один парень, вы его не знаете! А что?
— Петя, скажи мне в двух словах, какого рода преступление совершил этот человек?
— Он… присваивает чужие изобретения… Шантажирует, угрожает, а потом патентует их на свое имя. Изобретения, я имею в виду…
— Петя, но это невероятно… Скажи, речь идет о Воскресенском?
— Да, — потрясенно ответил Петька, — как вы догадались?
— Я давно это подозревал, а теперь… Петя, нам необходимо встретится! Необходимо, и чем скорее, тем лучше. Этот человек очень опасен! Постой, он собирается жениться на Марине?
— Ну да!
— Вот что, Петя, вы где сейчас?
— На даче у Марины в Звонаревке!
— Дай-ка мне опять Марину!
— Вас! — протянул ей трубку Петька.
— Слушаю!
— Марина, у вас машина есть?
— Да. А что?
— Марина, ради всего святого, возьмите этих ребят и немедленно, слышите, немедленно приезжайте ко мне!
— Но я не могу!
— Почему? Марина, отмените все дела, это срочно!
— Хорошо, я попробую…
— Жду вас у себя дома! Записывайте адрес! Чем скорее, тем лучше!
— Сева, вы серьезно?
— Серьезней не бывает!
— Хорошо… Боже мой, что за безумие…
— Марина, не теряйте времени!
Повесив трубку, она обернулась к Петьке.
— Он… Он требует, чтобы мы немедленно ехали к нему!
— Значит, надо ехать! — решительно ответил Петька.
— Да, наверное…
— Отмените вашу встречу, и едем!
— Хорошо, — покорно сказала Марина и вновь сняла трубку. — Володя? Да, я. Володя, у меня изменились обстоятельства, я должна немедленно ехать в Москву, заболела моя близкая подруга, я должна быть с ней! Нет-нет, я прекрасно доеду сама. Мне тоже очень жаль, но… Извините, я тороплюсь. Я позвоню из Москвы, попозже… Да, я очень расстроена. Мальчишки? Какие мальчишки? Ах те… Да просто за автографом приходили. Ерунда! Все, Володя, я поеду!
«Молодец, вот что значит актриса», — подумал Петька.
— Петя, я сейчас переоденусь, и мы поедем. Подожди меня в саду.
Петька ринулся назад к Хованскому.
— Кирюха, порядок! Едем к Медынскому!
— Зачем?
— Похоже, он тоже кое до чего докопался! Я когда ему объяснил суть дела, он сразу спросил: это Воскресенский?
— Иди ты!
— Честное слово! Представляешь себе?
— Да, неслабо!
— Петя! Кирилл! — позвала вдруг Марина.
Петька побежал на ее зов. Кирилл за ним.
— Мальчики, планы меняются. Только что звонил Медынский и сказал, что сам приедет!
— Почему?
— Считает, что так будет быстрее.
Они вернулись к садовому столику. Но теперь они не знали, что говорить, и все смущенно молчали. «Неужели все это правда», — с тоской думала Марина. Однако, кроме тоски, она чувствовала и странное облегчение. Если все это так, то… то она может и не выходить замуж за Воскресенского! Ей льстило его внимание, он казался ей таким значительным, умным, надежным человеком, за которым она будет как за каменной стеной, если пользоваться столь избитым выражением, но она не любила его. А теперь он еще оказался обыкновенным жуликом. Жуликом, так сказать, на научной основе… Черт знает что! И если слова незнакомых мальчишек еще могли внушить сомнение, то Медынский…