– Что? – не поверила своим ушам Анна Борисовна. – Но для того, чтобы заболеть нервной горячкой, надо пережить какой-то нервный стресс. Я не права?
– Правы, голубушка, несомненно, правы. Ваша девочка пережила стресс, я бы, правда, предпочел назвать это нервным потрясением. Почему мы так падки на иностранные слова?
– Но откуда?.. Почему? – растерянно шептала Анна Борисовна. – Почему вы так решили?
– Клиническая картина, знаете ли…
– Значит, воспаления легких у нее нет? – спросил Константин Михайлович.
– Определенно нет! – отвечал доктор.
– И это не менингит?
– Боже упаси!
– Но что же делать? Чем лечить эту нервную горячку?
– Я сейчас сделаю все назначения и надеюсь, что самое позднее к завтрашнему вечеру девочка очнется, температура спадет…
– Может быть, стоит сбить температуру? – осторожно спросил Константин Михайлович.
– Нет, милейший, я считаю, чему должно перегореть, пусть перегорит! А все эти новые средства… честно скажу, я их уже не знаю, лечу по старинке, а я был очень неплохой диагност!
– Хорошо, доктор, я доверяю вам свою дочку. Единственную! – с пафосом произнесла Анна Борисовна.
– Ну и отлично! Итак, для начала…
Доктор написал все назначения на большом листе бумаги, подробно все растолковав, выписал рецепт на какую-то микстуру и сказал:
– Если к утру температура не спадет, непременно позвоните мне, я к вам подымусь, впрочем, если она спадет, все равно позвоните мне! Я поднимусь к вам в любом случае!
Наконец доктор ушел.
– Костя, откуда у Виктоши нервная горячка?
– Понятия не имею!
– Необходимо это выяснить! – решительно заявила Анна Борисовна.
– Интересно, как ты собираешься это выяснять? Если бы ты лучше за ней следила…
– Ты считаешь, что я уделяю ей мало внимания? – взвилась Анна Борисовна.
– Разумеется!
– Костя, побойся бога! Что ты говоришь?
– Я говорю правду! Девочка предоставлена самой себе, она постоянно одна! Ты хотя бы знаешь, с кем она дружит?
– Конечно, знаю! Сейчас она ближе всего с Мусей Лушкевич, на редкость милой и воспитанной девочкой. А нравится ей Леня!
– Исчерпывающие сведения!
– Костя, утром я позвоню Лушкевичам и поговорю с Мусей! Слышишь, Костя, Виктошенька зовет Мусю!
В самом деле, Виктоша в бреду звала Муську.
– Какой ужас! У девочки ее лет нервная горячка! – хватался за голову Константин Михайлович. – Нет, в этой стране невозможно жить!
– При чем тут страна? По-твоему, нервные срывы бывают только в нашей стране? – возмутилась патриотически настроенная Анна Борисовна.
– Мама! – вдруг вскрикнула Виктоша. – Мамочка!
– Что, доченька? – бросилась к ней Анна Борисовна, забыв обо всем. – Что?
– Мама! – кричала в бреду Виктоша. – Мама, Муська жива, жива?
– Вика, детка, о чем ты? Что-то случилось с Мусей?
Виктоша посмотрела на мать безумными глазами и прошептала:
– Она пропала!
И бессильно откинулась на подушки.
– Костя, я, кажется, догадываюсь, в чем дело – что-то случилось с Мусей Лушкевич. И Вика знает об этом. Она девочка впечатлительная, и вот результат…
– Надо позвонить Лушкевичам…
– Сейчас уже поздно, второй час ночи! – напомнила Анна Борисовна. – Знаешь, Костя, тебе завтра на работу, иди, ложись, а я посижу с девочкой.
– Нет, Анюта, я не пойду!
– Костя, ты все равно уснешь в кресле и не выспишься! Иди, иди! Видишь, она затихла, и мне даже кажется, что у нее немного спала температура!
Константин Михайлович испуганно дотронулся до Виктошиного лба.
– В самом деле, Анюточка, она уже не такая горячая! Наверное, этот старый доктор прав!
К утру Виктоша уже не металась в бреду, а тихо спала. Пришедший без звонка старый доктор остался доволен осмотром пациентки.
– Кризис миновал, – констатировал он. – Теперь ей надо набраться сил. На это уйдет не один день…
– Но теперь ей уже ничто не грозит? – дрожащим голосом спросил Константин Михайлович.
– Будем надеяться, голубчик, будем надеяться!
Даша вернулась от Маргариты Валерьяновны и первым делом позвонила Стасу.
– Ты куда запропастилась? – накинулся он на нее. – У меня есть новость.
– И у меня!
– Жду! – коротко сказал Стас.
Даша бросилась к нему.
– Привет!
– Привет, сестренка!
– Ну, какая у тебя новость? Что-нибудь про Муську?
– К сожалению, нет. Эта новость касается только нас с тобой!
– Нас с тобой? И что это за новость?
– А у тебя какая новость? Она кого касается?
– Только тебя!
– Вот с нее и начнем!
– Стас! Приготовься! – торжественно начала Даша.
– К чему? – встревожился Стас.
– Я все узнала! Все! Про клад!
– Иди ты! Откуда?
– От Маргариты! Я была у нее! И она раскололась! Я знаю, что там было…
– Что? Да говори же наконец. Не тяни кота за хвост!
– Четыре рисунка Гойи!
– И все?
– А тебе мало?
– Четыре рисунка Гойи? Где же они? Неужто у этой крысы Ларисы?
– Нет! Они где-то на Западе!
И Даша поведала другу все, что узнала от Маргариты Валерьяновны.
– Представляю, как взбесилась генеральша! Она же не понимала, какая это ценность. Еще бы, столько усилий из-за каких-то рисунков.
Они долго обсуждали неожиданное известие.
– Ой, Стас, а у тебя какая новость? – вспомнила Даша.
– А, да! Новость вот какая: вчера отец помогал твоей маме чинить машину.
– Ну и что?
– А то, что он пригласил ее в ресторан!
– Он ее?
– А что тебя удивляет?
– Если бы она его за помощь пригласила в ресторан, это было бы нормально. А вот если он ее пригласил… Стас, ты думаешь, у них что-то может быть?
– А я почем знаю. Но факт – он пригласил ее в ресторан.
– В какой?
– Не знаю, какая разница?
– А ты откуда узнал?
– Случайно слышал!
– Что ты слышал, повтори! – потребовала Даша.
– Твоя мама позвонила, позвала отца к телефону, я ее по голосу сразу узнал. Они что-то говорили про шипованную резину, а потом вдруг слышу: Сашенька, я проиграл спор и посему приглашаю вас в ресторан.
– А! Так это ерунда! Он проиграл спор, только и всего!
– Не думаю! У него при этом был такой голос!
– Ты думаешь, он за ней ухаживает?
– Не исключено! Кстати, ты же этого хотела!
– Я? Что ты выдумываешь?
– Ничего я не выдумываю! Прекрасно помню, как ты чуть ли не в первый день нашего знакомства предложила: давай их поженим и тогда будем с тобой как брат и сестра!
– Я такое говорила? – ужаснулась Даша.
– Именно!
– С ума сойти!
– Интересно, а как ты сейчас на это смотришь?
– На что?
– Ну, для начала на то, что они пойдут вдвоем в ресторан?
– По-моему, пусть идут!
– А если у них начнутся… шуры-муры?
– Не начнутся! У мамы есть Милан, у твоего папы тоже наверняка кто-то есть…
– Будем надеяться!
– Ты что-то имеешь против моей мамы? – насторожилась Даша.
– Против твоей мамы – ничего, а вот против твоей мамы как моей мачехи…
– Успокойся, Стасик! Моя мама не так уж редко бывает в ресторане, но замуж что-то не выходит! Так что – не боись!
– Ты права, – рассмеялся Стас.
Виктоша проснулась. Сил не было совсем, но голова уже была ясная. И первое, о чем девочка подумала, – что с Муськой? Сегодня Виктошу первый раз оставили одну с тех пор, как она заболела. Телефон стоял рядом с кроватью – мама каждый час звонила, спрашивала, как дочка себя чувствует. Виктоша потянулась к телефону, набрала Муськин номер. Никого! Значит, Муська погибла, решила Виктоша. И тут же ей в голову пришла противоположная идея. Ведь соседка, которая кормит Кукса, сказала, что Муська уехала к родителям. И вовсе не потому, что у старушки склероз, нет, это ей внушила сама Муська! Ну, конечно! Перед тем, как исчезнуть, зашла к ней и внушила. Но зачем? Глупо как-то! И почему в таком случае ничего не сообщила Виктоше? Даже записки не оставила. Очень, очень странно. Однако она была так слаба, что ее снова потянуло ко сну. Она свернулась калачиком, укуталась потеплее и уснула.