Вы что же, специально этим занимаетесь?
Да нет, в том-то и дело! Даже и не собираемся, а оно само нам подворачивается. Ну, вот, смотрите, мы же просто хотели сделать ремонт, устроить сюрприз тете Саше и ее мужу, а что получилось! И почти всегда так… Вот один раз моя бабка и прабабка пожаловались, что у них по ночам какие-то странные звуки… Ну, мы с Лаврей…
С кем? — переспросил Мелешин.
С Дашей… решили, что у них мыши завелись, и привезли кота. Подумаешь, большое дело — кот! А что из этого кота проистекло?
Проистекло из кота? — засмеялся Мелешин. — Описался он, что ли?
Да нет, я не так сказал… — отмахнулся Петька. — Из-за кота проистекло! Целое уголовное дело!
Петя, друг, расскажи! — взмолился Мелешин. — Все равно нам пока делать нечего!
Хорошо, — сказал Петька и подробно рассказал Мелешину всю историю спасенной им Марины и Глеба Шугайло. Кроме того, в той истории немалую роль сыграл и старший брат Дениса — Борис Валентинович.
С ума сойти! Да о вас надо книгу писать! И я ее напишу!
Уже! — вздохнул Петька.
Что уже? — не понял Мелешин.
Уже пишут!
И кто же?
Вера Ивченко, знаете такую?
А кто она?
Та самая Вероника Леопольдовна, которая нам так помогла!
Вероника Леопольдовна, старая редакторша, о которой ты только что рассказал?
Да! Она подруга моей бабушки, Марии Львовны, и соседка. Она уже выпустила две книжки! Очень интересные!
Вера Ивченко? Надо почитать! Петь, а ты случайно есть не хочешь?
Петька задумался.
Хочу!
Отлично! У меня от всех волнений аппетит проснулся. Я сейчас нам с тобою такую яичницу зажарю. С помидорами и с ветчиной!
Обожаю! — воскликнул Петька. — Самая моя любимая еда!
Петь, а ты знаешь, что ты классный парень?
— Знаю! — уверенно ответил Петька. — Мне это все говорят.
Они давно уже поели и решили сыграть в шашки, когда вернулся капитан Крашенинников. Вид у него был утомленный, но довольный. Он молча подошел к Петьке, посмотрел ему в глаза и так же молча протянул руку. Петька протянул свою, и они обменялись крепким рукопожатием.
Спасибо, друг! Мы его взяли. На выходе из той квартиры.
Но кто он такой? — воскликнул Мелешин.
Весьма опасный тип! Сумасшедший, но… В Москве было совершено уже шесть однотипных ограблений. Грабили квартиры, богатые, конечно, где стена граничила с пустой квартирой. Вот как здесь. Стену эту аккуратно взрывали из пустой квартиры. А брали только то, что можно было унести, — самое большее в «дипломате». Деньги, драгоценности…
Значит, взрыв служил только для отвлечения? — спросил страшно заинтересованный Мелешин.
В общем да… В первую очередь подозрение падало либо на хозяев пустой квартиры, либо на рабочих, которые вели ремонт. И вот сейчас мне предстоит срочно освобождать двух украинцев, маляров, да еще и извиняться перед ними…
Но кто этот человек? — спросил Петька.
Псих! Обычный псих! Когда-то он служил в милиции, но потом был уволен за профнепригодность и решил отомстить… Шесть раз ему все сходило с рук, а на седьмой…
А на седьмой он напоролся на нас! — закричал Петька. — Я, между прочим, сразу сказал, что это псих!
Но такие вещи еще надо доказать! — заметил Мелешин.
Разумеется, его отправят на обследование в Институт судебной медицины. Как положено! Однако никому в голову не пришло, что это он.
Дядя Володя! А вы можете позвонить, чтобы тех украинцев скорее выпустили, а?
Я сейчас сам поеду на работу и выпущу их. Не волнуйся, Шарапов наших дней!
Глава IX
БОЖЬЯ ТВАРЬ
Даша беспокоилась. Такие внезапные исчезновения Петьки всегда тревожили ее. Она слишком хорошо его знала. Правда, в последнее время он все-таки старался предупреждать ее, если пускался в какую-то самостоятельную авантюру.
Даш, ты чего? — шепотом спросила Оля на уроке истории.
Из-за Петьки волнуюсь! Чует мое сердце, что он поперся на Фрунзенскую!
А давай на перемене позвоним туда!
Олька, ты гений! Мне это и в голову не пришло.
Но как дожить до конца урока? Можно, конечно, попроситься выйти, но не было уверенности, что во время урока удастся вырваться из школы. В последнее время директор Альберт Иванович Сыворот по кличке Сыворот-навыворот распорядился во время уроков запирать двери школы, что очень не нравилось гардеробщице бабе Люсе. Еще бы, бегай взад-вперед, отпирай-запирай! Она предложила Альберту Ивановичу не отпирать двери и во время перемен, но директор придерживался мнения, что детям необходим свежий воздух. На переменах разрешалось гулять во дворе. Поэтому Даша дождалась конца урока и вместе с Олей помчалась к телефону-автомату, стоявшему за углом. К счастью, там никого не было и телефон работал.