— Следствие зашло в тупик, — пробормотал огорченный Петька.
И тут зазвонил телефон.
Алло!
Петька! Слава богу, ты дома! — раздался голос отца. — Сынок, будь добр, погляди у меня на столе, не забыл ли я записную книжку? Есть она там?
Есть, папа!
Уже легче, я испугался, что потерял ее! Глянь-ка, Петруша, там на букву «М» должен быть телефон Мирошниченко!
Мирошниченко? Ага, есть!
Петька продиктовал отцу телефон какого-то Мирошниченко.
Спасибо, сын!
Пап, может, привезти тебе книжку?
Да нет, не стоит, обойдусь! Ну, все, Петруша, мне некогда!
Расстроенный Петька сидел в кресле с отцовской книжкой в руках. И машинально ее листал. Вдруг он буквально подпрыгнул на месте! Под литерой «Л» черным по белому стояло: «Лубенцов В.Н.» Два номера телефона, номер факса и адрес, но не на Селезневской, а на Ордынке. Петька не верил своим глазам! Конечно, это запросто может быть совсем другой Лубенцов! Инициалы совпадают! Ну и что? «В.Н.» Это может быть Владимир, Вячеслав, Владислав, Виталий, Виктор… Да мало ли еще… «Н» — Никитич, Никодимыч, Натанович… Да даже и Николаевич… Кстати, это может быть даже полный тезка — Валерий Николаевич Лубенцов, но совсем-совсем другой! «Так, спокойнее, — сам себя урезонивал Петька, — если предположить, что это все-таки тот самый Лубенцов… Значит, отец был как-то связан с ним… Нет, не связан, а просто встречался по делам… Два номера телефона и факс… Номера совершенно разные — 281 и 238… Разные районы. Следовательно, один скорее всего домашний, а второй — служебный… Ага, факс тоже 281, предположим: 281 — служебный. Может быть, телефон 281 на Селезневке? Этого я не знаю! 238 — район Третьяковской галереи — там у меня живет приятель…» И тут он вспомнил, что у мамы есть рекламная книжка — магазины Москвы. И, кажется, там все расписано по улицам! Где же она? Вот! Да, сейчас он все узнает. «Итак, Селезневская улица — магазин „Богатырь“, аптека, хозяйственный… Телефоны, ага! 281! О! Это уже больше похоже надело! Если Лубенцов работал на Селезневке, а жил в районе Третьяковской… Неужели мне опять сказочно повезло?» Петька дрожащими руками набрал служебный, по его предположению, номер, начинавшийся с 281…
Слушаю вас!
Извините, это фирма «Камель»?
«Камель»? Нет, вы ошиблись, это «Родена», — ответил звонкий девичий голос.
Извините, пожалуйста, вы на Селезневской находитесь?
— Да.
А номер дома?
А вам зачем?
Видите ли, я ищу фирму «Камель»…
Это я уже поняла, — терпеливо проговорила девушка.
Я предполагаю, что раньше по этому телефону была фирма «Камель».
Все может быть! Я тут недавно работаю! Но спрошу! Тетя Глаша, вы не в курсе: тут была раньше фирма «Камель»? Да? Была? Вы слушаете? Вот наша уборщица говорит, что была!
Ой, спасибо. Так какой, выговорите, у вас номер дома?
Девушка сказала ему адрес. Петька сердечно ее поблагодарил. Итак, он на правильном пути! Более того, вечером он расспросит отца об этой фирме и о Лубенцове. Кстати, невредно проверить, вернулся он из мест заключения или нет. Если нет, то и идти по этому правильному пути не имеет ни малейшего смысла.
Петька набрал номер, начинавшийся с 238. Там никто не ответил. Ну, это еще ничего не значит. «О боже, какого дурака я свалял! Там же телефон с определителем! Ну и что? В конце концов, это вполне может быть ошибкой! — сам себя успокоил Петька. — В следующий раз позвоню из автомата!» Пораскинув мозгами, он решил через полчаса выйти и позвонить из автомата. Если кто-нибудь ответит, он будет действовать по обстоятельствам, а если нет — поедет на Фрунзенскую. Чего зря одному болтаться. Тем более сегодня все званы к Лавре на пельмени! Но ведь надо еще поговорить с отцом…
Через полчаса Петька вышел из дому и решительно направился к ближайшему автомату. Хорошо, он вчера запасся жетонами. Трубку сняли после третьего сигнала. Женский голос ответил:
Я вас слушаю!
Будьте добры Валерия Николаевича! — как можно солиднее проговорил Петька.
Его нет дома! А кто его спрашивает? — вдруг спохватилась женщина.
Извините, а когда он будет? Вечером я смогу с ним поговорить? Мне очень нужно! — канючил Петька. — Будет он вечером?
Будет! А кто все-таки говорит?
Коля!
Какой Коля? — допытывалась женщина.
Его сын! — брякнул Петька.
Что? Какой сын? — закричала женщина.
Петька едва не расхохотался. Все было сыграно как по нотам!
Как какой? Родной сын! Не приемный!
Откуда ты взялся? А ну, говори?
Как откуда? Я уж давно взялся, мне целых четырнадцать лет!
Но кто твоя мать?
Малика Алишеровна!