– Идея не плохая. Куда отправимся?
– Есть одно заведение на примете…
Бармен Всеволод встретил их кривой улыбкой.
– Ты пришёл долг вернуть? – Саркастически спросил он.
– Да. – Машинально сказал Кот. А про себя подумал: «придётся одалживаться у Михаила, надеюсь он не забыл, взять деньги, как я».
Они уселись за столиком в углу.
– Миш, я деньги то не взял, когда из дома, к тебе выбегал. – Сказал виновато Кот.
– У меня есть, не беспокойся. – Сказал улыбаясь Михаил.
– Я здесь за прошлый раз ещё должен…– Кот почувствовал, что краснеет.
– Не волнуйся, я всегда с деньгами хожу. Они вроде не нужны, но с ними гораздо больше дверей для тебя открыто.
– Я тебе сразу отдам у меня дома есть.
– Всё в порядке говорю я тебе.
Улыбчивая официантка принесла им две огромные кружки свежайшего пива. Приветливо подмигнула и ушла за закусками на кухню. Учитывая ранний час ждать её возвращения скоро не приходилось. Друзья весело зарылись носами в ароматную пенку и после третьего глотка Кот про себя отметил, что пьянеет. Посмотрел на огромную, на две трети ещё полную кружку и подумал, что надо бы остановиться. Но Михаил уже выпил половину, и Кот решил не отставать, стесняясь, признаться в своей слабости. Когда принесли закуски, они уже весло допивали первые пол-литра и согласились повторить. На душе стало весело и свободно. Кот налегал на жареный картофель и вяленую рыбу. Вкус пищи был божественным. Вторая порция пива не заставила себя долго ждать. Прикончив и её, они взялись за третью. После чего счастливые в состояние полной внутренней и внешней расслабленности отправились домой к Луке, благо идти было недалеко.
В гостиной царил всё тот же хаос. Потолок был провален. Несмотря на небольшую уборку, проведённую Дуняшей, белая пыль ещё глядела из всех углов. Кот взял мешочек с монетами и плюхнулся на диван. Отсчитав нужное количество, отдал долг Михаилу. Потом пошёл положить кошелёк на место, а вернувшись обнаружил друга сладко спящим. Не чувствуя и в себе сил для деятельности он, отправившись в спальню, недолго думая нашёл прибежище в объятьях сна.
Когда Евдокия рассталась с Котом и отправилась к главе города, она рассчитывала на то, что её проблема решится быстро и легко учитывая возможности привлечённых в сферу поиска мужчин. Но оказалось всё не так просто. Александра Афанасьевича не было дома. Подготовка к скачкам и городскому празднику занимала всё его свободное время. Встретиться с главой города получилось только через день на печально известном собрании совета. А обещавший помочь Кот сам пропал вместе с Михаилом.
Теперь после всех трагических событий, свидетельницей которых она стала, Дуня, находившаяся и без того в состояние полной моральной деградации, совсем потеряла чувство реальности и способность к самосознанию. Она спрятала лицо на широкой груди удачно подвернувшегося мужчины и боялась открыть глаза. Тихо всхлипывала, стараясь изо всех сил не производить ни звука и не думала не о чём. Тело человека, которого она безмерно уважала, помощи которого искала последние два дня и на которого возлагала свои надежды, сейчас лежало рядом с ней совершенно бесполезное, чужое и до ужаса пугало отсутствием всего того, что делало его живым ещё несколько минут назад. Тёплая кровь капала ей на ботинок со скамьи на которой они сидели, но она уже ничего не чувствовала, ей хотелось кричать и бежать как можно дальше отсюда, но добрый мужчина, сосед по лавке и несчастью, крепко держал и зажимал рот. За что она, в глубине души была ему благодарна.
Скачки
Утром поле, подготовленное для соревнований с выросшими на нём трибунами, было пустым и спокойным. Эдуард прогулочной рысью объезжал вокруг ипподром, разминая себя и лошадь. Перипетии предстоящего дня мало его волновали в свете произошедшего с ним накануне. Отец не рассказал ему подробностей заговора, но предупреждал о том, что день скачек должен стать переломным в истории города. Флор на всякий случай решил не привлекать семью к столь опасному делу. Всё же Эдуард был в курсе общей последовательности революционных событий, исключая их кровавую составляющую и полностью разделял политические взгляды отца. Поэтому, подготавливаясь к скачкам, он хорошо осознавал моральную важность своей победы. Но сейчас объезжая вокруг стадиона под неприхотливый шёпот Светика он не чувствовал совершенно никакого интереса к происходящему в городе. Она непрестанно говорила с ним. Рассказывала про другие миры, реальности, странные неземные события. Её речь шелестящим шёпотом проникала в его сознание и оседала там красивым узором чувств, рождающим зависимость и близость. Эдуард не разбирал слов её речи и в другом случае воспринял бы их просто как шум. Но, то что она сообщала ему, оседало где-то в глубине его сердца, рождая знание без понимания. Он не мог вспомнить нечего из её рассказов, словно видел глубокий сон. Только кружево чувств, сотканное в его голове, оставалось единственным ощутимым следом в его сознании.