Игнат сглотнул образовавшийся в горле комок и почувствовал себя кошкой на тонком льду.
– В городе слышно разное. – Главное в этом разговоре было угадать, что ему можно знать, а что нет. Потому как в городе происходило такое, что и с жизнью расстаться было несложно, ляпни он лишнего. – Ну так праздник сегодня начинается, люди гуляют с утра вот и болтают.
– А что болтают?
– Говорят, школа Годфри сгорела. Ещё говорят, бесплатный стол и выпивка сегодня будет после скачек.
– Сгорела? А ты ходил смотреть?
– Не, что мне заняться нечем? Я по дому хлопотал.
На самом деле, конечно, он ходил смотреть, и одним из первых, и отлично знал, что там случилось. Надо сказать, что полгорода уже знало. Но отсутствие самого Годфри и то, как легко расправились с его школой, внушило в горожан ужас. Народ затаился и выжидал. Дом главы города был заперт, как и дома других видных деятелей. Те, кто был поумнее, собрали семьи под родной кров и заперлись, делая вид, что никого нет дома. Улицы города в праздник были пустынней обычного и только самые отбросы общества, прельщённые обещанной халявой, разгуливали, пошатываясь и провозглашали славу щедрости торговой гильдии, оплатившей их веселье. Всё это Игнат не хотел сообщать хозяину, потому что если он не знает, то и незачем ему знать. Раз его никто не посвятил в свои планы то не просто же так. А если знает, то непонятно как отреагирует на то, что это и Игнату известно. Вернее, было молчать.
– И много ты там нахлопотал? – Саркастически заметил Эдуард.
– Ну вот… – Нашёлся Игнат, указывая на завтрак, который так успешно поглощал Эдуард.
Тот посмотрел на помощника с недоверием, потому что отлично знал: в доме есть кухарка и Игнатию хлопотать о завтраке особенно не надо. Уложить разве в сумку и всё. Лошадь, на которой тот прискакал, не выглядела бодрой. «Точно всё разведал и молчит теперь». – Подумал Эдуард. Обидно было другое – он сам толком ничего не знал. Отец не посвятил его в детали. А перипетии взаимодействия со светиком не позволили вовремя навести справки. Но, признаться в этом своему помощнику Эдуард не решался, как и рассказать ему про появления Светика. Про себя Эдуард подумал: «Правильно она говорит». – Имея в виду Светика. – «После скачек надо убраться подальше от города в отдалённую таверну. Валентина взять с собой, например. Такой здоровяк не помешает в смутное время. Пошлю-ка я Игнатку сейчас за ним».
– Игнатий, дружище, сгоняй за Валентином, пусть приезжает скорей со всем необходимым для двух-трёхдневного путешествия. Скажи, очень надо и важно. Пусть вопросов не задаёт, я ему при встрече всё объясню. И сам тоже подготовься. Быстро только. И никому ни слова – это и в твоих интересах. Сам понимаешь, если прибьют, то всех нас вместе. – Он очень проницательно посмотрел на подручного, и тот всё понял.
«Такого головастого мальчишку во всём мире не найти, не то что в Новгороде». – Снова подумал Эдуард.
Игнат, ни говоря ни слова, вскочил в седло и унёсся с облачком пыли. Эдуард отплевался, выругался про себя и пошёл проверять сбрую на лошади. До начала скачек оставалось не так много времени.
Валентин встретил посыльного хмуро. Голова его кружилась ещё после вчерашней стычки. А когда он резко вставал со стула, перед глазами плыли чёрные пятна. Но Игнату было не привыкать к холодному приёму, и он знал, как верно себя вести, если перед тобой открывают лишь щель входной двери. Вовремя улыбнулся, вовремя напомнил об оказанной ранее услуге. Надавил авторитетом патрона. И грозный на вид Валентин оказался мягче подогретого на солнце масла. Да и обстановка в городе была такова, что каждый чувствовал: надо объединяться с теми, кому доверяешь. А когда к тебе уходит чужая жена ты, так или иначе, ожидаешь расправы исподтишка. Тем более, Валентину уже сообщили о том, что нападавших на него пришлось выпустить.
«Не было возможности держать их дольше. Места в камерах были вакантны этим утром». – Рассказал Валентину приятель из городской стражи.
Первый заезд для Эдуарда не представил никаких сложностей, он легко пришёл в тройке лидеров. Не хотел сильно утомлять лошадь. В групповом заезде не имело значения на каком месте ты финишируешь лишь бы попасть в пятьдесят процентов, прискакавших первыми. Волновало его только то, что он не Увидел Михаила среди соревнующихся. Это было очень странно. Но учитывая происходящее в городе, можно было ожидать чего угодно. Народ на трибунах тоже был специфический. Мало кто из присутствовавших принадлежал к уважаемым слоям населения. Большинство из наблюдавших гонку и пристойными то назвать было нельзя. Казалось, эти люди собрались тут только ради бесплатной выпивки и хамоватого шума, который они производили везде, куда попадали.