Под аккомпанемент из такого рода мыслей Игнатий прошёл весь путь до ворот таверны. Он даже пропустил почти весь разговор своего патрона, чего старался никогда не делать, так как любая информация всегда стоит денег. «Ну и пусть!» – Подумал он. «Зато поговорил по пути с умным человеком наконец». – И ухмыльнулся собственной шутке.
– Лошадей давай в конюшню. И мулов в стойло. Проследи, чтобы их накормили хорошо. Потом приходи в общую залу обедать, сядешь с нами. – Распорядился Эдуард.
– Всё будет в лучшем виде босс! – А про себя Игнат подумал. «Сажает меня вместе со всеми за стол. Видимо, рак на горе свистнул». – Но мотивация Эдуарда была вполне прозаичной. В трудных условиях вся компания должна была чувствовать плечо друг друга. Способности Игната он всегда ценил высоко. А сейчас хотел, чтобы тот выкладывался не только за плату, но и потому, что считает себя членом компании хоть и младшим.
Светик, оглядев общую залу и комнату, в которой ей предстояло коротать время со своим партнёром, осталась довольна. Несмотря на грубость интерьера это не в какое сравнение не шло с тем, к чему она привыкла в хижине отшельника. А судя по общей зале таверна была хороша и обещала некоторые развлечения посетителям в том числе и вероятный концерт, и возможное представление. А то, и другое, Светик любила больше всего на свете.
Елена совсем не разделяла подобного оптимизма. Они обошли уже несколько комнат и было видно, как она шепчет Валентину на ушко своё мнение, и они идут смотреть следующую комнату. Надо сказать, что сам Валентин брюзгой никогда не был. И стеснённые условия переносил легко. А таверна была действительно неплохой. Но Елену она явно не устраивала. «Как сказать может этому Коту ещё и повезло». – Подумал Эдуард. «Я бы на его месте только радовался, если бы избавился от такой фифы».
Но, возможно, дело было не в таверне и совсем не в качестве осматриваемых комнат. Просто Елена, наконец, получила в своё распоряжение мужчину, который был готов бороться за её капризы. Не выговаривать ей за прихоти, а исполнять их, выражая таким образом своё отношение к ней. Она обязательно наградит его за такую преданность, по-своему, по-женски, как умеет. После долгих лет жизни с Лукой, который ничего никогда не делал, если с этим был не согласен или считал глупым, Валентин для неё был настоящей находкой. Рыцарем восхищавшемся ей и готовым ради неё на подвиги, мужчиной о котором она всегда мечтала.
Елена была молчалива. Со стороны можно было подумать, что даже скромна. Всю дорогу она только шептала что-то на ухо Валентину и несколько раз нетвёрдым голосом выразила собственное мнение, совершенно впрочем невпопад. Для Эдуарда такое поведение казалось высокомерным, но главным было то, что Светик оставалась к ней равнодушной. Одному этому он был рад настолько, что мог бы простить Елене все её недостатки. Даже если бы к ним добавились недостатки его жены.
Сам Эдуард достаточно быстро определился с комнатой. Благо выбор ещё имелся, и постояльцев действительно было немного. Даже меньше чем в простой праздничный день. Учитывая события, происходящие в городе, Эдуард просто считал себя счастливчиком оказавшись в таверне, хозяина которой знал лично. Поэтому в прекрасном расположении духа он первым из всвей компании, вместе со светиком, конечно, оказался в обеденном зале и с большим удовольствием начал трапезу с прекрасного пива с густой молочной пеной. «Только в этой таверне умеют делать такое. Наверное, из-за того, что мельница рядом и всегда есть свежий солод». – Подумал он.
Валентин со своей Еленой к обеду пришли последние, ещё немного и опоздали бы к горячему. Эдуард не стал напрягать Игната помощью товарищу, а казалось наоборот обрадовался его обществу за столом и заказав ему тоже самое, что и себе мило болтал с ним до прихода Валентина. Продолжая всё ту же линию сплочения компании в один кулак.
Игнат с превеликим удовольствием налегал на отличное пиво и в полной мере пользовался расположением босса, к которому после первой кружки испытывал только добрые чувства. После второй его язык развязался и он, не теряя бдительности, аккуратненько рассказал Эдуарду всё, что знал о событиях в городе. По мере облегчения совести Игнатия, настроение Эдуарда портилось. Он не злился, но становился всё серьёзней, а сложив всю дошедшую до него информацию быстро понял, что в городе началось нечто похожее на гражданскую войну.