Поднимаясь по мраморным ступеням дворца Васка обернулся и ему открылся вид на весь сад сразу, он был прекрасен. В самых сказочных снах и смелых фантазиях Васка не представлял ничего подобного. Но анализируя увиденное, затруднялся сразу ответить на вопрос: согласился бы он провести здесь вечность загробной жизни или нет?
Пройдя сквозь ряды роскошных колонн, только база которых была выше человеческого роста, а капитель возносилась не на один десяток метров. Они оказались у входа в портал, ведущий во внутренние покои дворца. Там не было двери, и они беспрепятственно прошли вовнутрь. Посередине первой залы стояло нечто прямоугольной формы похожее на жаровню, но очень большого размера. Вдоль противоположной от входа стены от углов к центру поднимались две лестницы, ведущие на огромный балкон, с которого был проход в другие помещения. Справа и слева шла система арок, под сводами которых были сделаны ниши со стоявшими в них небольшими столами и креслами. Миновав всю эту залу и поднявшись на балкон, они вышли в длинный коридор, потом повернули и оказались на винтовой лестнице. Примерно ещё через два этажа зашли в небольшую дверь, скрывавшую нечто похожее на кабинет, будуар или охотничью комнату. Интерьер этого места был настолько неоднороден, что определить сразу назначение этого помещения было невозможно.
На мягкой кушетке украшенной витиеватой резьбой сидел человек в свободных шароварах и широкой льняной рубахе, вышитой разноцветным бисером, серебряной и золотой нитью, с длинным чубом на голове и густой бородой на лице. На невысоком столе перед ним были расставлены разные яства. Вокруг него, но на достаточно почтительном расстоянии сидели гурии. Они не пытались к нему приблизится, но и не отдалялись от него. Все были заняты каким ни будь незначительным делом. Святослав имел вид человека, тоже погружённого в дела, но одновременно ничего не делал. Гостей хозяин чертогов встретил доброжелательно, но в его радушие чувствовалось притворство человека, который уже всё имеет и ничего нового получить не может и поэтому ко всему относится с безразличным вниманием. Но тем не менее было похоже, что появлению Годфри Святослав рад и в океане равнодушного безразличия властелина может отыскаться ручеёк симпатии.
– Доброго Здравия вам гости дорогие! – Он встал навстречу Годфри и Васке, протягивая руку. Годфри пожал её чуть выше запястья.
– Будьте бо-гаты мой государь. – Сказал Годфри в ответ на его приветствие. И немного поклонился. Васка последовал его примеру.
– Я рад приветствовать вас в моих владениях храбрые воины. Очень нечасто к нам заходят люди из мира живых. И тем более никогда не делают этого просто так. Но я надеюсь, что прежде чем мы приступим к обсуждению приведшего вас сюда дела и обменяемся дарами, вы примите участие в нашей ежедневной охоте.
– Мы с удовольствием составим Вам компанию. – Сказал Годфри.
После этого Святослав предложил гостям сесть за стол рядом с ним. Они полуприлегли на мягких кушетках, расставленных вокруг стола. По две гурии услужливо подошли к каждому из них, поднося пищу и бокалы с вином. Годфри пригубил вино, а пищу есть не стал. Потом посмотрел строго на Васку, у которого слюни уже текли от всего увиденного, и он был готов с аппетитом пообедать. Васка поймав взгляд учителя, как бы опомнился и сделал тоже самое.
Подав угощения девушки аккуратно сели рядом с ними на самый край кушеток и принялись мило посматривать на гостей. Годфри делал вид, что не замечает их. А Васка ёрзал и не знал, куда деть руки. Потом Святослав предложил сыграть в шахматы, на что Годфри с удовольствием согласился.
Васка вдохновлённый строгим взглядом учителя смог в себе пересилить соблазн наесться как следует, но вина пригубил немного больше, чем того требовала обычная формальность. Слишком красивым был его красный цвет и приятным аромат. Оно странным непривычным образом обожгло пищевод. С одной стороны, это было хорошее вино, но с другой вина как бы не было, в рот оно попало, а в пищеводе уже растворилось куда-то и до желудка ничего не дошло. Прикосновения женщин имели схожий эффект. Вроде ощущались отчётливо, но не согревали, были какими-то прозрачными. Потом Васка заметил, что учитель почему-то избегает непосредственного контакта с обитателями этого места, не ест пищи, не пьёт вина, только делает вид. От прикосновений Гурий как-то ловко уворачивается. Он решил по возможности подражать учителю, а потом расспросить его, почему он так делает и почему ничего не сказал ему о такой необходимости.