Шёпот, которым Гавриил рассказывал это, щекотал Дорино ухо, она невольно хихикнула сквозь страх, словно всё происходящее было детской игрой.
На первом этаже шёпот затих и потом сменился истошным визгом: «Они здееесь я их чууувствую». «Чужие!!» – завопил баском ещё один гнус. Кто-то шаркал по ступенькам, поднимаясь к люку на чердак. Лестница отвечала скрипом. Казалось, избушка зашевелилась, захрустела суставами перерубов. Что-то твёрдое бухнуло снизу о крышку люка. Вышитая печать засветилась, по-видимому, обожгла нападавшего. Снизу вновь раздался визг. Дора почувствовала, как ярость разливается по первому этажу домика.
– Нам теперь конец? – Спокойно спросила Доротея.
– Думается мне, это не наш час! – Высокопарно ответил Гавриил, скорее в состояние весёлого волнения, а не страха. – Ты, когда ни будь раньше, сталкивалась с чем ни будь подобным?
– Нет, отец берёг меня от всего такого и никогда даже не рассказывал о чём-то подобном. А что это за существа, почему они пришли в папин дом?
– Ну, похоже, они бывают здесь регулярно. Избушка стоит на месте перехода, а это привратники разных миров. Возможно, голодные духи их даже жаль. Они охраняют проходы между мирами, им положено быть страшными, чтобы границу никто не пересекал. Хотя они могут принимать практически любой образ. Потом привратники, когда находятся на своей территории, могут натравить всякую низкопробную нечисть на того, от кого чувствуют опасность. У них под рукой всегда есть пара дюжин всяких неприглядных существ. Твой отец путешествует между мирами в поисках знаний, для него они не опасны, скорее всего, он сроднился с кем-то из духов, и они воспринимают его как своего.
– А ты тоже путешествуешь между мирами?
Они говорили уже вполголоса, не боясь выдать своего присутствия. Снизу готовились к новому штурму. Об этом свидетельствовали кряки и охи в совокупности с посапыванием.
– Нет, мне это не нужно. Правда, от моих способностей сейчас почти ничего не осталось. Но они базировались не на знание.
Удар снизу в люк был действительно сильный. Печать вспыхнула столпом света и на долю мгновения подпрыгнула на люке.
– Они же не войдут к нам? – С опаской в голосе спросила Дора.
– Кто знает, кто знает…
Было похоже, что Гавриила это не сильно заботит.
– С парочкой подобных духов я как-нибудь разберусь. Сил у меня ещё хватит для этого. Есть, конечно, небольшая проблема в том, что мы у них в гостях поэтому не очень прилично выгонять их.
– Ты правда думаешь, что это сейчас уместно? – Спросила Дора с сомнением, не понимая, насколько он говорит в серьёз, а насколько иронизирует.
– Есть вещи, которые уместны всегда.
– Но тогда ты тоже должен знать, что это и мой дом, как дочери своего отца.
– Ну если продолжать метафору, я бы сказал: эта пограничная избушка, нечто вроде клуба для встреч, а мы явились сюда без клубной карты, которую ты забыла взять у своего отца.
– Какой ты сложный!
Хрюканье, чавканье, и ворчание продолжало раздаваться всё сильнее. Снизу в люк последовала серия ударов, от которой пол заходил ходуном.
– Уходите отсюда, вам здесь не место! – Рычал страшный голос с нечеловеческой интонацией
– Сейчас мы, наверное, так и поступим. – Сказал тихим шёпотом Гавриил. Так, что Дора его едва расслышала.
Чердак закачался, раздался шум ветра и плеск воды.
– А как вам такой поворот событий?! – Гавриил весело смеялся. – Наверняка вы не ожидали такого исхода!
Дора осмотрелась по сторонам и увидела, что крыши над головой больше нет, а вокруг их дощатого пола, огороженного бортом, плещется вода. Чердак превратился в неказистое судно, качающееся на волнах необъятного водоёма в ночной темноте. Края водной стихии не было видно. Дора в ужасе села на пол, схватив руками колени, и снова, переходя почти на шёпот, спросила:
– Где мы, что это?
Гавриил стоял довольный, расставив ноги как циркуль и улыбался настолько широко, насколько позволяли анатомические особенности его лица. Но, пригоршней холодной воды, перелетевшей через борт, немного сбило с него спесь.
– Пусть попробуют нас здесь достать! – Сказал он, отплёвываясь и протирая глаза!
К сожалению, радость Гавриила была недолгой. Не успел он объяснить Доре, что такое корабль и где он плавает, как через борт полезли мерзкие твари, судя по всему, догадавшиеся, куда делись беглецы.
– По крайней мере здесь не мы без приглашения, а они. – Сказал Гавриил и приготовился отражать нападение.
Он поднял с палубы швабру, переломил через колено рукоятку и выкинул ненужную перекладину с намотанной тряпкой. «Наконец, то началось!» – почему-то подумала Дора с воодушевлением вместо испуга. Постаралась встать устойчиво на шатающейся палубе, больная лодыжка совсем не давала о себе знать. Вытащила из-за пояса кинжал, который всегда был с ней, когда она выходила из дома. Палка в руках Гавриила засверкала отполированной сталью. Всякая мерзкая живность ползла в их сторону, сопя, улюлюкая и хрюкая на все возможные лады. Твари двигались на них стеной, замедляясь с каждым шагом. Явно боясь и извиваясь при приближении к вооружённым людям, как звери к костру. Но страх остановится, видимо, был ещё сильнее. Что-то толкало их вперёд.