– Они не пришельцы там, я же объяснял тебе. – Настойчиво произнёс Гавриил, повторяя свою мысль.
– Всё равно, мне всё равно, что ты там говорил. – Дора начала распалятся не на шутку. – Мне надоели твои фокусы. Уводи нас отсюда. Я хочу домой, мне плевать на тебя, Каната и всех этих монстров. Я хочу домой! Сделай так, чтобы мы оказались дома. – Она кричала, била его кулачками в грудь, плакала, не помня себя, и снова обрела эмоциональное равновесие, только когда поняла, что он крепко, но аккуратно держит её за запястья и легонько потряхивает.
– Дора, Дора, Доротея… Соберись! Бой ещё не окончен. Если хочешь, мы вернёмся на чердак твоего домика. Но соберись, ты мне нужна, слышишь! Мне нужна твоя помощь. От неё будет зависеть судьба вашего города.
Она потихоньку начала успокаиваться. Опять села к мачте и постаралась справиться со слезами. Тем временем небо уже пылало на востоке, и на фоне огненного зарева стал отчётливо виден приближающийся парус.
– Когда всё это кончится? – Уже более спокойным голосом спросила она.
– После рассвета мы сможем отправиться в обратный путь.
– Он уже близко? – Дора посмотрела в сторону восходящего солнца.
– Нет, это место – проект нашего сознания, мы просто приукрасили немного чердак. Рассвет здесь и в реальном мире не совпадает.
Тёмный парус на фоне зажжённого горизонта становился всё больше, приближаясь неестественно быстро, скачками. Он увеличивался не постепенно, а так, как если бы его переставляли с места на место.
– Кто это? Снова монстры, или потусторонние пираты? – Спросила Доротея.
– Сейчас увидим. Я не знаю.
Успокоившаяся Дора встала рядом с Гавриилом, глядя на то, как приближается корабль с чёрными парусами. Ещё один скачок и борта двух судов поравнялись. С противоположной палубы сам собой перекинулся трап. Монстров не было. Из всей команды на борту сидели только трое за столом, на котором была доска с какой-то игрой. Рядом стояли два пустых стула. Дору с Гавриилом молчаливо пригласили присесть. Гавриил не раздумывал, спокойно перешёл на чужой корабль и сел за стол. Дора хоть и неохотно, но последовала его примеру.
Из троих за столом две были женщины. Одна светловолосая молодая и даже красивая. Вторая уже в возрасте, но не старуха, по-своему привлекательная брюнетка. Третий был мрачный мужчина без возраста. Налысо бритый, с выразительным орлиным носом и густой кудрявой бородой. Первой говорить начала молодая.
– Зовите меня Утро, или Зорька. – Она приветливо улыбалась, и глядя на неё, Доротея начала успокаиваться. Другие участники встречи молчали, и Зорька продолжила:
– Это Вечер, моя сестра. Иногда её тоже зовут зорькой только вечерней. – Темноволосая женщина улыбнулась. Не враждебно, но и не приветливо. Скорее как-то безотносительно. Дора удивилась тому, как у неё это вышло и подумала, что при возможности надо попробовать также перед зеркалом.
Мужчину Зорька представлять не стала. Он коротко и звучно сказал себе под нос, как ворон каркнул:
– Ноч. – Больше никто ничего про него не пояснил. Он уткнулся маленькими чёрными как смоль глазами в Дору и ей захотелось спрятаться. Хоть зарыться под землю. Но медальон, подаренный ей давно отцом, звякнул на шее и Ноч отвёл взгляд.
– Ааа… Вы, значит не такая уж чужая. – Утренняя-Зорька приветливо протягивала по столу руку в сторону Доры. Улыбалась. – Знакомый медальон. Значит, Вы его дочь.
Доре стало приятно, она обмякла с добродушно-глуповатым выражением лица. Утро взяла пару аккордов пальцами вытянутой руки по столу.
– Ну а Вы? – Обернулась она к Гавриилу.
– Гавриил. – Сказал Гавриил. Все помолчали немного. Но он ничего больше не добавил.
– Серьёзный парень! – Обратилась Зорька к старшей сестре.
Та медленно покивала головой словно соглашаясь и бросила короткий взгляд на Гавриила, сыграв бровями.
– Вы не уйдёте с этого корабля. – Каркнул Ноч.
Добродушно глуповатое выражение на лице Доры, сменилось испугом. Гавриил всё также молчал.
– Не будь так строг к ним. Она его дочь. Ты не понял. Наверняка они не хотели ничего плохого. Давай их выслушаем. – Обратилась Утренняя-Зорька к своему товарищу.
– Тем более, она должна знать. Сейчас моё время и я распоряжаюсь ими. Не посвящённым нельзя оставаться здесь ночью. Особенно в полнолунье. Когда мы собираемся вместе. – Строго возразил Ноч.
Корабль дрогнул. Доротее показалось, что палуба пошла волнами, как водная гладь. Потом Гавриил сделал какое-то непонятное движение рукой, оно осталось за пределами её восприятия, и всё вернулось на свои места.
– Не смей нам угрожать! – Сказал Гаврил, глядя в вороньи глаза. – Или ты сам хочешь остаться на этом корабле навечно?