Ночь немного пожух. И стушевался. Гавриил продолжил:
– Я легко могу проделать подобный фокус ещё в нескольких реальностях одновременно. А ты не выберешься из этой, потому что она моя.
Ноч ещё больше заёрзал. Но потом нашёлся:
– Давай тогда сыграем на спор. Если выиграешь, то ночуйте спокойно в избушке, а если проиграешь. То выметайтесь из неё куда угодно.
– Идёт. – Сказал Гавриил.
Быстро раскрыл доску и расставил камешки. Зорьки встали из-за стола и пошли к борту у кормы. Утро обернулась и позвала Дору.
– Пойдём с нами красавица. Нечего тебе делать с этими занудами. – Та послушно встала и отправилась следом. Любопытство всегда пересиливало в ней чувство самосохранения. Гавриил с беспокойством посмотрел им вслед, но потом словно вспомнив что-то и расслабился.
Зорьки по-женски приветливо обступили Дору. Утро даже приобняла её за плечо.
– Как странно, что мы раньше не встречались. Почему старина Годфри берёг от нас такое сокровище? – Посетовала Утренняя-Зорька
– Папа вообще не любит посвящать меня в свои дела. – Пожаловалась Доротея.
– Отцы они все такие. Но не беда. Теперь мы знакомы. Ты можешь приходить к нам потихоньку, особенно когда этого буки Ноч не будет с нами. С годами его характер стал совершенно не переносим. – Сказала Вечерняя-Зорька.
– А что мы будем делать? – Наивно спросила Дора. Утренняя зорька ей нравилась.
– Мы подружимся. Ты узнаешь у нас много интересного. Вечер давно хочет научиться играть в преферанс. Ты ей с этим поможешь? Да, и потом ты сама скоро убедишься, что с нами весело.
– Хорошо. – Сказала задумчиво Дора. – Но ваш товарищ Ноч мне совсем не нравится. Когда его с вами не бывает?
– Да. Он злюка, конечно, но для тех, кто с ним знаком совсем не опасен, а иногда и очень полезен. Ты как-нибудь, спроси у своего отца, чтобы он делал без Ночи! Тот столько ему всего рассказывает. Но впрочем все вместе мы собираемся здесь только в полнолунье или в особых случаях. В новолунье Ноч сидит здесь один, курит свою трубку и созерцает темноту, как он сам любит говорить. При средней луне мы с сестрой вдвоём. Вот возьми кулончик. Если он будет с тобой, мы ещё издалека поймём, что ты идёшь к нам. Потом, если тебе станет одиноко, в сумерках ты сможешь поговорить с нами через него. Но только в сумерках помни это. – Утренняя-Зорька протянула Доротее небольшой лунный камушек на кожаной верёвке. Он был отполирован до блеска и в середине темнела вырезанная руна.
– Я боюсь, что отец увидит у меня на шее новый медальон. А мне хотелось бы скрыть от него мой визит сюда.
– Оо... это правильно, не надо ему нечего рассказывать! – Вмешалась Вечер. У неё был томный голос немного с хрипотцой, приятный. – Ты можешь носить его на руке. Там он будет менее заметен.
– Слушай, а твой приятель он кто? Ты пойми нас правильно мы в первую очередь на него разозлились, когда увидели вас в избушке. – По-дружески приветливо спросила Утро.
– Я сама его не очень хорошо знаю. Он недавно в нашем городе. – Смущаясь, ответила Дора.
– А, ну ты будь с ним поаккуратнее, он очень опасный человек. – Предостерегла Вечер.
– А мне он понравился. – Возразила Дора.
– Поэтому я тебе и говорю будь поаккуратнее. – Более настойчиво посоветовала Вечер.
– Хорошо. – Согласилась Доротея, ещё не определившись хорошо ли это или нет.
Посмотрев на Гавриила, Дора заметила, что в этом месте у него на голове появилась широкополая кожаная шляпа. Раньше она не замечала её. Но теперь он сидел за столом ровный, в этой шляпе как большой гриб. «Очень странный персонаж!» – подумала она. Со стороны было видно, как он хмурится. Ноч наоборот, низко склонился к столу и улыбался, чуть наклонив по-вороньи набок голову. «Гавриил проигрывает». – Подумала Дора и неожиданно для себя расстроилась, но зато сразу стало понятно на чьей она стороне.
С неба начал накрапывать дождь. Утренняя-Зорька легонько взвизгнула, когда на неё упали первые капли, и почему-то обратилась к Гавриилу.
– Не очень-то любезно с вашей стороны сер рыцарь!
Гавриил только молча улыбнулся. И достал из-под стола зонт, протянул его Доре.
– Возьмите моя леди, это для Вас.
Доротея окончательно поняла с кем она здесь заодно, но сестёр к себе под зонт пустила. Они уже слегка промокшие прижались к ней поплотнее, а дождь всё набирал силу. Он падал большими каплями с полей шляпы Гавриила, скатывался по плащу вниз, барабанил по игральной доске. Ночь сидел мокрый и злой. Рассвет, активно набиравший до этого силу у горизонта, остановился. Дора заметила, что с того момента, как они перешли на корабль-духов полоска на горизонте не увеличилась. Дора поймала себя на мысли, что ей хорошо. Спокойно. Интересно с сёстрами, рядом с Гавриилом не страшно и дождь не особо портит антураж. Под зонтом было даже уютно. Посмотрев на сестёр, она увидела, что Утро гладит и рассматривает её волосы, а Вечер трогает и поглаживает кожу на оголённом предплечье. Их прикосновения были лёгкими, едва ощутимыми, успокаивающе-приятными.