– Ты так и будешь от меня бегать? – Услышал он раздражённый голос жены. Эдуард постарался проигнорировать её вопрос, но она продолжала:
– У тебя мужского достоинства даже для разговора с женой недостаточно! Ты будешь бегать от меня как трусливый заяц?
Он продолжал молчать и двигаться в выбранном направлении. Но она твёрдо решившая атаковать его до тех пор, пока он не соизволит заговорить с ней. Наконец, Эдуард не выдержал. Остановился. После чего услышал голос в своей голове: «Она мне не нравится, кто она?»
– Подожди, я сейчас разберусь. – Сказал Эдуард громким шёпотом забыв о том, что говорит вслух.
– С кем ты разберёшься, со мной? Ну так иди сюда и хватит бегать от меня через чёрный вход. – Настаивала на разговоре разозлённая женщина.
Эдуард понял, что столкновения с супругой уже не избежать, и пошёл в её сторону, надеясь миром решить возникший конфликт сам ещё не зная, что будет говорить ей и как мериться.
Жена Эдуарда тем временем смягчила тон, но обвинять продолжала.
– То есть ты утверждаешь, что не провёл прошлую ночь, с какой ни будь потаскухой, но при этом рассказывать мне ничего не хочешь?! Почему было не послать мальчишку ко мне с объяснением твоего отсутствия? В конце концов, если ты нашёл кого-то на стороне, почему не сообщил, что с тобой всё в порядке? Если ты действительно был у Валентина, почему не послал от него посыльного, чтобы мы не волновались? – Сыпала риторическими вопросами его вторая половинка.
Не успел Эдуард открыть рот, как в голове у него снова зазвучал голос Светика: «Эдик она мне не нравится. Задаёт слишком много вопросов!»
– Подожди не мешай! – Он ответил опять вслух.
– Что значит не мешай, я ухожу от тебя к родителям, моя семья ничуть не менее знатная, чем твоя…
После этих слов наступила небольшая пауза, в которую его жена пропала. Светик снова заговорила у него в голове: «Я от неё избавилась больше она нам не помешает».
– Куда ты её дела?! – Эдуард испугался и разозлился одновременно.
– Туда, куда она и хотела к отцу.
– Он же умер!
– Да, она сейчас в его склепе.
– Ты с ума сошла.
– Милый ты говорил, что тебе нужна только я. Она нам мешала, я от неё избавилась. Ты думаешь у тебя получится жить с нами двумя, и я с этим буду мериться?!
– У нас же ребёнок! – Младенец, словно почувствовав неладное, начал плакать где-то в доме.
– Сейчас я и его туда отправлю. – Быстро спохватилась Светик готовая исправить допущенную оплошность.
– Стой не надо! – Взмолился уже Эдуард, понимая, что влип в историю, из которой у него не получится выбраться сухим. – Верни её в дом к живым родителям.
– Слушая, я не могу перемещать кого угодно куда угодно, только тех, кто находятся от меня в непосредственной близости, и сам хочет этого.
– Что же делать? – Эдуарда накрыло отчаяние. Он был готов заплакать от ощущения собственной беспомощности.
– Пойдём уединимся наконец и хватит задавать глупые вопросы. – Слегка раздражаясь сказала Светик.
– Сейчас постой, мне надо сделать одно дело, иначе у нас, у меня будут проблемы. И они непременно отразятся на наших с тобой отношениях. – Эдуард начал снова собирать в кулак расползающиеся чувства.
– Я решу все твои проблемы, пойдём, я сгораю от любви к тебе!
Эдуард закричал во всё горло, игнорируя её:
– Игнат, Игнат!
Мальчишка прибежал незамедлительно, словно находился где-то неподалёку и только ждал, что его позовут.
– Не задавай вопросов, вот тебе сто рублей ты купишь на них в торговом квартале вообще, что захочешь. Бери лом, и беги к гробнице Расторгуевых, ломай дверь в усыпальницу. Там моя жена, живая, наверно ещё. Вот ещё пятьдесят рублей и не задавай никаких вопросов никогда. – Игнат только этого и ждал и уже через полминуты калитка за ним хлопнула, а он скакал на дворовом жеребце с ломом на перевес к городским воротам.
Потом Эдуард не давая опомниться своей новой возлюбленной также вызвал Марфу, помощницу его жены и без объяснений наорав выпроводил с ребёнком в дом Расторгуевых. Впрочем, тоже снабдив деньгами. Светик мирно ждала, пока он разбирался с домочадцами.
– Теперь я весь твой сказал он ей едва слышным шёпотом.
– Люблю уверенных в себе мужчин, которые не позволяют собой командовать и не превращаются в тряпку, когда ими стараются помыкать. Как ты с ними разобрался мой милый, я не могла налюбоваться. Веди меня скорей я уже сгораю от нетерпения.
Эдуарду пришлось повиноваться, он вначале хотел отправиться в спальню, но какое-то чувство потаённого стыда удержало его от этого шага, и он пошёл в кабинет, где была удобная кушетка. Эдуард почему-то думал, что нужна обязательно кушетка или кровать. Но Светик, разгадав его мысли сразу запротестовала.