Моя голова упала на руки. Что, черт возьми, происходит? Был ли я в какой-то альтернативной вселенной, из которой собирался вернуться в любую секунду?
— Почему она не сделала аборт? Или отдала на усыновление? — Пенн протянул мне стакан виски, который попал мне прямо в горло.
Женщины могли делать со своим телом все, что хотели, я не был тем, кто осуждал, но если ты не хочешь ребенка, то не имейте его, чтобы просто отдать его. Мою сестру Фредди усыновили, и в этом тоже не было ничего постыдного. Но он был прав, потому что, как бы вы на это ни смотрели, эта ситуация была хреновой, и мне пришлось собирать осколки.
— Она сказала, что узнала слишком поздно и не может удочерить ребенка, она сказала, что пробовала. Она также сказала, что ее семья не знает, она держала это в секрете. Она все еще была на страховке своих родителей.
Пенн посмотрел на мое пепельное лицо и задал вопрос, которого я не хотел. — Блядь, сколько ей было лет?
— Двадцать пять.
Я вздохнул с облегчением и оттолкнулся от стола, нуждаясь в шаге.
— Блядь. Черт возьми. Секрет? Почему она не пришла ко мне раньше? Я мог бы ей помочь.
— Чувак, не кричи слишком громко. — Глаза Пенна метнулись к ребенку.
— Как долго мы здесь?
Рейф посмотрел на часы. — Час?
— Уууфф, — прошипел я, дергая себя за кончики волос. Если я что-то и знал о детях, так это то, что они долго не спят, и эта бомба тикает в долгий ящик. — Что, черт возьми, мне делать? В автокресле было что-то еще?
— Как политика возврата?
Губа Пенна дрожала, и в любое другое время я бы счел это забавным, вероятно, то, что сказал бы сам. Но не сейчас. Прямо сейчас мои зубы сильно скрежетали, чтобы отвлечься от бурлящей внутри меня желчи.
— Нет, — процедил я сквозь зубы. — Как подгузники, молоко. Нам нужно что-нибудь, когда она проснется.
Пенн выглянул из-за автомобильного сиденья так же осторожно, как эксперт по взрывчатым веществам наблюдает за растяжкой, осторожно похлопав его перед тем, как поднять одеяло, но ничего не нашел.
— Ничего такого? Серьезно?
Он покачал головой с гримасой. У него были сестры, он тоже знал о последствиях кричащего, голодного ребенка, быстро схватил мою ключ-карту и ушел. — Я вернусь.
Барклай встал и последовал за ним, виляя хвостом.
— Привет? — Голос позвал, приближаясь.
Я поднял голову с того места, где она лежала на столе, и увидел Грэма, зависшего в дверях кухни и нервно поглядывающего на автомобильное сиденье. Барклай вернулся вместе с ним, прижавшись к нему, возбужденно обнюхивая карманы, надеясь получить одно из печенья, которое Грэм обычно носил с собой.
Предатель.
— Пенн сказал мне войти.
— Скажи мне, что кто-то пришел забрать «посылку». Хотя в глубине души я знал, что этого никогда не случится.
— Нет. — Он протянул руку. — У меня есть записи с камер наблюдения.
Рейф приподнял бровь, подходя и забирая его у него. — Спасибо, Грэм.
— Ты его смотрел?
Он кивнул, его глаза смотрели на меня, но наполнялись раскаянием. — Я позволил ей подняться. Прости, Мюррей. Я даже не… я никогда не мог представить…
Я хотел посмотреть, что было на USB-накопителе, прежде чем решить, чувствую ли я прощение или нет, поскольку в любом случае на моей кухне все еще спал ребенок, которого кто-то утверждал, что он мой. Я перегнулась через стол и пододвинула свой Макбук, держа руку в воздухе, чтобы Рейф скинул мне отснятый материал.
Он загорелся черным по белому. На ней была шапка с помпонами и толстое зимнее пальто, рядом с ней было опущено автомобильное кресло. Я смотрел, как она говорила с Кевином и собиралась уйти, но тут Кевин отвернулся. Она прокралась в сторону в то самое время, когда Грэм вышел из третьего лифта и провел своей картой, позволив ей подняться прямо вверх.
Все хотели помочь женщине, которая борется с ребенком. Никто не сомневался, что когда-нибудь появится скрытый мотив.
Моя голова упала на руки. Я собирался заболеть.
— Прости, Мюррей. — Лицо Грэма все еще было пепельным.
— Это была не твоя вина. Любой бы поступил так же.
— Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. Или что-нибудь, что мы можем сделать.
— Спасибо.
Он не задерживался здесь дольше, чем должен был, и я услышал, как за ним закрылась дверь, когда он быстро вышел.
Я снова посмотрел на Рейфа. — Нужно ли вызывать полицию? Должны ли мы кому-то говорить? Когда мы сможем пройти этот тест на отцовство?
— Я постараюсь найти кого-нибудь сегодня вечером. Я могу попросить о некоторых услугах. Я предлагаю не идти по пути социальных услуг, пока мы не получим результаты. Но если вы ее отец, а так как ничего не заполнено, то надо срочно это сделать и обойти выдачу свидетельства о рождении. Я посмотрю, смогу ли я получить продление, но если я это сделаю, это будет на один из дней, а не недель. И тебе нужно будет дать ей имя.