евероятной быстротой, но приличествующей случаю медлительностью выскочил из кабинета, поднялся на свой этаж и сев в пустом классе спиной к окну, решил отдышаться и прийти в себя. Но мое воображение не на шутку разыгралось, я стал представлять себя со стороны во время процедуры. И тут я не на шутку уже испугался той мысли, что раньше, когда я падал в обморок, меня окружали люди и спасали меня запахом нашатыря. А тут я был совсем один и я подумал, что если потеряю сознание, то могу уже больше и не прийти в себя сам. От всех этих мыслей, страхов, своего воображения, или от ощущения места укола я начал постепенно терять сознание. В ушах я стал ощущать шипение все громче и громче, в глазах помутилось, и в них поплыли разноцветные круги, и вот я уже, действительно, в полутьме увидел себя несущимся в черном тоннеле, в конце которого виднелось светлое пятно. И главное, я почувствовал, как сначала пальцы рук сами собой холодеют, выпрямляются и вытягиваются вперед, а затем и целиком руки начали вытягиваться вдоль туловища. Тут я сознанием своим совершенно явственно понял, что умираю. Я даже, видимо, мысленно уже стал, как бы, видеть себя немного сверху со стороны. Но странное дело, сознание того, что я умираю, меня как-то не особенно испугало, я не завопил, что хочу жить, и не бросился выживать. Я только подумал, что если я не хочу умереть, мне нужно самому себя выводить из этого состояния. Я представил себе, как меня приоденут и положат в гроб, обложат цветами, и как неприятно будет присутствовать при всем при этом всем моим одноклассникам. Да, я подумал, лучше мне еще пожить, чтобы не выглядеть так глупо в этом деревянном ящике. Я понял, что сам загнал себя в это полу-смертельное состояние, и что только я сам смогу себя из него вывести. Для этого мне надо думать о чем-то другом. Я так и сделал. Стал думать о чем-то постороннем и вот я уже стал замечать, как шипение в ушах стало постепенно затихать, руки и пальцы рук стали обмякать и теплеть. Так что, к концу урока я уже пришел в себя, а к концу перемены вернулся к учебе. _______ - Когда утром я слышу звук будильника, мне кажется, что в меня выстрелили. – И ты вскакиваешь? – Нет, лежу как убитый. – Где мой муж? Дома со своим четвероногим другом. – О, вы купили собачку? – Не собачку, а диванчик… Иностранная делегация на заводе. Переводчика попросили перевести разговор двух работников. – Тот, что в халате – бригадир, тот, что в робе – рабочий. Бригадир сказал, что был в интимных отношениях с матерью рабочего и попросил его принести коленвал со склада. На что рабочий ответил, что был в интимных отношениях с матерью бригадира, с ним самим, с коленвалом и отказался идти на склад. – Водку теплую любишь? – Нет. – А женщин потных? – Нет. – В отпуск пойдешь зимой. К выбору профессии подходи серьезнее, чем к выбору мужа: ее сменить значительно труднее. Шутка – это перила на краю пропасти. Юмор – это вежливость отчаяния. Юмор – высший бунт мысли. Благодаря пинку, он обрел крылья. И генеалогическое древо может бросить тень. Иной раз, открывая душу, мы закрываем перед собой двери. Больше всего люди стараются быть не похожими на себя. Одни недооценивают нас, потому что не понимают, другие – потому что понимают. «Хорош гусь!» - говорили о нем, когда он вышел сухим из воды. Умение скрывать свои недостатки – это величайшее из достоинств. Слабый стремится одержать победу над противником, сильный – над собой. Все проходит, в том числе и постоянство. Один прохожий обращается к другому: - У вас не найдется спичек? Тот начинает хлопать себя по карманам пиджака и брюк и затем вдруг с грустью говорит: - Боже, какой же я худой! У меня такие как он в бане мочалку съели! Ничто так не прибавляет хлопот человеку, как его появление на свет. Что такое не везет, и как с ним бороться? Глядя на кладовщицу, майор подумал, что ей можно дать столько, на сколько она выглядит. Если вам предстоит сделать выбор, а вы его не делаете, это тоже выбор. Когда кто-нибудь жалуется на отсутствие цели в жизни, посоветуйте ему похудеть на десять килограммов. Если не можете быть сильнее обстоятельств – будьте выше их. Если на праздничном карнавале вы хотите остаться неузнанным, говорите только умные вещи. Если это бифштекс, то я идиот! – раздраженно воскликнул посетитель ресторана. – Это бифштекс, - ответил официант и, немного подумав, добавил: - Это настоящий бифштекс! – Скажи, сколько лет длилась Тридцатилетняя война? – Не помню. – Тогда скажи, сколько лет одиннадцатилетнему мальчику? – Одиннадцать. – Хорошо, так сколько же все-таки длилась Тридцатилетняя война? – Одиннадцать? Лекция на военной кафедре: - Атом состоит из ядра и электронов. – А что же тогда между ядром и электронами? – Воздух конечно, дураку ясно. Умно ответить можно лишь тому, кто умно спросил. Воображение лучше памяти, ибо память конечна, а воображение беспредельно. Спорят только безнадежные кретины. Все знать невозможно, но обо всем можно догадываться. Одни смотрят, другие – видят. ______ Те, кто когда-либо как-то прикасался к садовым растениям вживую, легко вспомнят картинку, когда растение, его ствол или листья облеплены зелеными клопами – тлей. Их сотни, тысячи, ими плотно облеплена поверхность растения, из-за этого шершавая и терпкая на ощупь. Они крепко сцеплены лапками, и сосут, и сосут живительную влагу из растения. Они ничего не боятся, их не интересует ничто вокруг. У них есть и ножки, и головки, усики. В принципе при опасности они могли бы попытаться убежать, спрятаться, притвориться полезными или мертвыми. Но нет, они спакойненько сидят и сосут, и сосут живительную влагу. И есть только один способ спасти растение от этой напасти – только один – уничтожить эту ненасытную утробно присосавшуюся нечисть. Логика у них железная и простая как двери: бежать бесполезно, паниковать бессмысленно. Остается одно – сосать и сосать живительную влагу не теряя ни секунды на раздумья и прочую чепуху. Цепляться за лапки соседей, поддерживать помогать им и тогда они поддержат, помогут ему. Хитиновый покров, броня. А всех не уничтожить, помрет он, но их миллионы и все, что высосал он, пойдет на пользу ему и миллионам его потомков. Так и здесь, в нашей стране сотни тысяч, миллионы присосались к трубе, к кормушке. Нет, не все смогли, количество мест у кормушки ограничено. Многим, очень многим места у кормушки не хватило. Тем отчаяннее идет тихая молчаливая возня за каждую вакантную дырочку в трубе. Те, кто присосались, крепко цепляются лапками друг за дружку. «Отстоим свое место под солнцем», упираясь ножками и ручками в отчаянной борьбе против пришлых конкурентов. Тоже хитиновый покров, броня, шершавая и терпкая на ощупь. Нет, раньше при опасности разбегались как красные клопы. Красные клопы бегут, когда включается свет и на них начинается охота. Но теперь сама атмосфера вокруг другая, иной настрой, в этой атмосфере царит осознание величайшего фактора стабильности и незыблемости основ. Поэтому теперь главное – ухватить, успеть пока не началось высосать как можно больше живительной влаги на черный день. Да, логика у них, у двуногих тлей тоже очень простая. Вот недавно смотрел видеоролик, на нем народная артистка Васильева упрекает актера Калниньша за то, что он, мол, так много заработал в России, а теперь ее ругает. Вот, мол, как нехорошо поступает нехороший человек. И логика здесь железная – если ты у кого-то что-то заработал, то ты, мол, должен чтить того благодетеля и почитать, до гроба дубового ему должен быть верным и послушным. Вот я, мол, верная и послушная, а ты нехорошо поступаешь. Враг, а с врагами знаешь, как поступают? Ну да, действительно, эта простая истина – есть краеугольный камень коммунистической и теперешней идеологической платформы. Дай человеку денег, купи его за миску похлебки и все, он твой навеки. На карачках перед тобой ползать должен за новую порцию похлебки. Молиться на тебя обязан, быть верным и послушным. Купленная верность самая надежная, потому такая устойчивость в кадрах везде насквозь во всем обществе. И не важно, что ты бездарность, глупое ничтожное животное, клоп, тля, присосавшаяся к кормушке. Главное – что ты однажды куплен, что ты верен и послушен. Несменяемость кадров привела к полной деградации в науке, в искусстве, во всем. Клопик, тля, присосавшаяся к живительной влаге, годами, десятилетиями сидящий на своем несменяемом месте, видит смысл своего существования в одном – оглядываясь вокруг, тщательно оберегать его, место доступа к живительной влаге от посторонних. Вот почему по настоящему талантливые люди не могут пробиться сквозь стену присосавшейся к кормушке тлей. В условиях тупой стабильности тле вообще нечего бояться, главное – пока не началось высосать побольше живительной влаги для себя и потомства. Вот К. Шахназаров пожаловался на днях, что бездарные квнщики, непрофессионалы заполонили кинематограф, от того мол такая деградация. Да, от былой российской культуры остались рожки-ножки, сиськи-письки. Особенно сиськи – письки. И не только из-за квнщиков, а из-за несменяемости, незыблемости кадров к области культуры, введенной двадцать лет назад. Из-за тех самых зеленых клопиком, бездарных деток былых знаменитостей, пристроенных их родителями к кормушке. Вот пример, «6 кадров», ну, уж как не знать и не видеть их талантливости. И годы, десятилетия не могут пробиться на ведущие телеканалы. Зато сильное государство, мощная