Глава 5. Мечты, которые сбываются.
5. Мечты, которые сбываются.
Эпиграф: «А люди все роптали и роптали. А люди справедливости хотят». В 1983-м я въехал в новую квартиру. 5-и этажный дом, 2-й этаж. Кооператив. Как они строили при социализме, об этом можно книжку написать. Ну, все на соплях, ну, все тяп-ляп. Под ножку ванной камешек, чтоб не качалась. Под трубу палочку, чтоб вода не утекала. Между окнами и рамой собака пролезет. Ладно, лишь бы крыша была! Летом на Иссык-Куль отдыхать, грандиозное сооружение природы! Северный берег сильно обжит, пляжи, пансионаты, народу — не протолкнешься, танцы под живую музыку, любовь-морковь. Дно часто не глубокое, в шторм за километр мутная вода. Рядом горы, но не слишком высокие. Раньше озеро кишело мелкой, но потрясающе вкусной рыбешкой, чебачком. За пару часов можно было наловить на удочку полведра. Потом коммунистические «ученые» биологи напустили в озеро судака для прибыльного промысла. Теперь, лет тридцать, нет ни чебачков, ни прибыльного промысла. Считай, мертвое озеро. Форель, но ее на удочку не поймаешь. Южный берег обжит гораздо меньше, диковат, зато чистоты неимоверной. Любимое место мое — берег, красный крупный песок, в шторм с полутораметровыми волнами у самого берега вода прозрачной чистоты. Вернулся домой. В квартире надо мной изначально жила пожилая горбатая женщина, к ней приходила ее племянница. Однажды поздно вечером еще при социализме в ее квартире со стрельбой брали наркодилера. Шуму было… Наркодилер убегал, почему-то, обмотав голову белым платком — чалмой. Поймали на соседнем доме. Потом та женщина квартиру продала и много лет в ней жили разные квартиранты. Полгода поживут — другие, полгода поживут — следующие. То, какими то тяжестями гремят, то прыгают, вроде тренируются. Шумновато, но жить можно. Вот однажды утром вижу, новые жильцы вселяются. Два русских мужика. Спросил. Нет, не квартиранты, купили. Ну, думаю, теперь спокойнее будет... И точно, после обеда слышу — у меня на кухне капает, смотрю с потолка вода уже ручьем. Я наверх, стучу. Дверь открыта, вхожу. Воды по всей квартире по щиколотки. Мужики по углам пьяные в стельку, лыка не вяжут. Кран на кухне сорван. Вызвал сантехника, стояк перекрыли. Дня через два у них новоселье, гудеж, бомжи со всей округи собрались и такая пошла пьянка… На весь район, на весь район… И потом если не каждый день, то через день. И на всю ночь. Присмотрелся, в квартире живет довольно странная компания: один из тех мужиков, русский, лет тридцати, казах пожилой, лет пятидесяти и русская девка лет шестнадцати. Обычно часам к одиннадцати каждого дня за водкой отправляются. Однажды стою на лоджии, курю, снизу на меня смотрит тот мужик, шумит на меня: — Ну и рожа!.. А глаза такие мутные, «мутные как этот стакан». Я думаю, ну, совсем отмороженный. Мне, соседу, ничего не сделал, починяю примус, такие слова. Ну, не драться же с ними, а слов явно не поймут… Каждую ночь пьянки и драки. Вот слышу: дын-дын-дын, побежали на кухню, бум, бум, глухие удары, девичьи вопли. Потом дын-дын-дын, побежали в комнату, мат-перемат, мужик орет, на весь двор вопль. Ба-бах, стекла полетели на улицу, и это посреди ночи. Утром опять за водкой побежали. И так полгода, а вот и год почти. Ну что делать? Ни какой жизни нет! Ну, думаю, и выбор у меня — либо убивать сразу и тихо, либо квартиру продавать и линять куда подальше, либо невесту с квартирой искать. Убивать… Эх, думаю, жаль, арбалет был, продал, сейчас бы пригодился. Продавать квартиру жалко, как дерево на одном месте живу тридцать лет, врос. Вот, думаю, девка, вот он лупит ее каждый день. Вот взяла бы, да и прирезала бы его по горячности, да по пьяни. Ну, а я тем временем к женщинам своим стал присматриваться на предмет сожительства. Стал у одной жить поживать и добра наживать, иногда к себе захаживать. Иду как-то по улице, вижу — соседка бывшая, хозяйка той злосчастной квартиры с соседкой, хозяйкой нынешней другой квартиры стоят мирно беседуют прямо на пути моего перемещения. Остановился, поздоровались, для поддержки разговора бывшей соседке говорю, мол, жаль продала квартиру. С ними тихо было, а теперь вот бедствую. Соседка нынешняя говорит: — А ты ни чего не знаешь? — А чего мне знать? — Да пять дней как девка то та того соседа твоего грохнула, ножом по пьянке то и зарезала. И, ведь, три дня лежал, пока соседи на смертный смрад не среагировали. Да, такие дела! Вот и моя мечта сбылась по жизни, и какая мечта. Ну, такая мечта, что и не жить без сбывания которой. Мощная мечта сбылась, грех жаловаться! Да, бывают и такие мечты. Бывает, что и сбываются! Теперь тихо живем, скучно, казино закрыты, единственное развлечение — вот в интернете описывать мечты, которые сбываются. _______ Удачи, которые мы выбираем. Несколько донок сделал и собрал дома, сложил их в рюкзак. Взял еды на дорогу, сел рано утром в московский поезд и отправился на рыбалку. Езды почти сутки, лето, за час до рассвета поезд пришел на станцию Чиили, что в Кзыл-Ординской области Казахстана. Вокруг станции большое село, иду сначала вдоль железной дороги, потом по улице. На окраине села в темноте вижу, стоит авто «Газик», внутри при свете тусклой лампочки женщина голой задницей елозит на мужском туловище. Проходя мимо подумал: вот, муж, наверное, в ночной смене, жена тут любовь крутит. За селом тропинка уходит вправо от железной дороги, там, за автомобильной трассой и переездом железнодорожного ответвления, небольшой поселок. В поселке, в половине особняка живет отец с женой. Светает. Вокруг пейзаж из моего любимого до слез фильма «Ксения, любимая жена Федора». Каждый раз, когда смотрю фильм, щемит сердце от воспоминаний тех пейзажей. Отец встретил меня радостно, вместе позавтракали. Он поехал на участок, я лег досыпать после ночной дороги. После обеда пошел рыбачить. За поселком проходит канал, метров десять шириной и с метра полтора глубиной. Вдоль канала асфальтовая дорога, асфальт от жары мягкий. Метров сто прошел по дороге к мосту, закинул снасти. До заката, так…, поймал мелочь, с темнотой начали клевать сомята. В воде то там, то там слышны всплески, чавканье. Сомята охотятся на лягушат. Взошла полная луна, надо собираться домой. Вынимая кукан с уловом из воды, промочил ноги. Идти в мокрых сандалиях не очень приятно, решил разуться и шлепать по теплому асфальту босиком. Случайно, совершенно случайно поднял голову взглянуть на Луну и обомлел. Потрясающее зрелище! В полной тишине по небу шириной в пол луны светящаяся полоса. Впереди полосы движется шар той же ширины, видно как от него откалываются куски и сгорают. Болид, огромная «падающая звезда», нет, не та, что сгорает в секунду. Как в замедленном сне это завораживающее зрелище длится и длится, может с минуту, и главное в полной, полнейшей тишине. Но видно, как постепенно масса болида начинает иссякать, он становится меньше, меньше и, наконец, гаснет совсем. И все это на три четверти ширины неба. Ну вот, постоял еще пару минут в изумлении. Делать нечего, весело под впечатлением зашагал по теплому асфальту. Смотрю под ноги и вижу, как по черному асфальту быстро скользят какие-то желтые мягкие шарики. Их море, они проносятся прямо по моим ногам, мне от них щекотно. Я подумал, наверное, это, какие то семена несет легкий ветерок. Так прошел метров сто. Надо сворачивать на грунтовую дорогу, на улицу, где стоит дом отца. По грунтовке босиком идти совсем неприятно, камешки, надо обувать сандалии. Нагнулся обуваться, включил фонарик, тут как раз мимо несется тот желтый шарик. Присмотрелся, бог ты мой!, так ведь это же фаланга. Оказалось, это фаланги мне щекотали ноги пока я шел по асфальту. Ну, дела! Вообще, с рыбалкой масса впечатлений. Вот однажды приехал к отцу зимой, под Новый год. Холод, днем градусов двадцать мороза. С утра поехали с отцом на его работу, на участок. Рядом с участком тоже канал. Там на каждом шагу эти каналы, рядом Сыр-Дарья, рисоводство. Я в тулупе, валенках, у меня перчатки, шапка, полиэтиленовая подстилка и багорок, такая палка, вдоль которой приделан металлический штырь, и на конце трезубец с