оду быстро вынимал эту сетку, в надежде выцедить все, что попадалось живого под ней. Но и его попытки были тщетны, и у его грабительского способа был нулевой результат. Я еще подумал: ну раз здесь такими варварскими способами рыбу ловят, то понятно, почему в речке уже ничего нет. Но все же я решил добраться до водопада и полюбоваться им. И вот я уже погрузился окончательно в оглушительный грохот падающей воды. Да, водопад. Ну, не слишком высокий, метра три в высоту, но зрелище, конечно, грандиозное. Внизу огромная яма. Я поднялся, с трудом, правда, улегся на скалу над самым водопадом, и стал смотреть сверху. И вот в синеве воды, спокойно кружащей в яме, я заметил темные силуэты рыб. Их было две-три. Они были огромными, как мне казалось, и их вид так меня взволновал, что я почувствовал, как сердце у меня рвется из груди, как кровь от волнения забилась у меня в висках. Вот это азарт, вот это охота!!! Я забросил свою леску с наживкой. Но рыбы равнодушно проплывали мимо, и даже презрительно отстранялись от моего крючка. Вода абсолютно прозрачная, я все вижу как в аквариуме. И я в азарте стал соображать: почему же они не хотят попробовать ни червячка, ни хлеба черного или белого. И так, лежа над водопадом, я промучился в попытках привлечь внимание этих милых моему сердцу созданий к моему угощению часа полтора. День уже клонился к вечеру. Наконец я подумал, что рыбы, наверное, видят меня снизу вверх, и что надо как-то спрятаться за камень и сбоку попробовать. А за ямой высился огромный валун, ну как раз подходящий к моему замыслу. Я с трудом, но перебрался к нему. Но как я не забрасывал, что я только не делал – результат нулевой. Я в отчаянии уже просто залез сверху на тот валун. Случайно взгляд мой упал на перекат за ямой, и я просто обомлел. На этом перекате в быстроте течения стоял огромный косяк рыб, черная туча. И было видно, что они видят меня, опасливо так отстранившись от моего места. Я забросил свой крючок с наживкой прямо в гущу того косяка, но рыбы напрочь игнорировали мои приманки. Прямо под носом своим они не брали моего червячка. И тут, надо же…, я стал думать. Вот стал думать я. «…Так!!! Они, эти рыбы, стоят на перекате. А зачем они там стоят? Было видно, что они изредка подхватывают что-то, плывущее в воде. Видимо, что-то съедобное. Ясно стало мне, что они там едят, ужинают. Но что же они хватают? Может листики, травку. ..» Я сбегал на берег, принес и листиков и ягод тутовника, и жука поймал какого-то, и кузнечика. Но нет. Не берут и все тут. А уже начинает темнеть, время ночное наступает. Я стал лихорадочно думать: «…Ну что же они могут там выхватывать из воды? Это, видимо, должно быть что-то такое естественное, что живет там, в воде…» И тут я вспомни на мое счастье, что иногда, когда выворачиваешь камень из воды, по его поверхности разбегаются такие маленькие…рачки, не рачки, но такие типа рачков букашки шустрые. И вот я лихорадочно, отчаянно боясь спугнуть рыбу, на корточках сбегал вниз по течению и подальше. Полазил, поковырялся в камнях и отловил таки несколько тех рачков. Они мелкие, ну штук пять мне пришлось их насадить, для того, чтобы покрыть всю видимость моего крючка. И вот я забросил свой крючок с рачками, и прямо на моих глазах одна рыба вдруг кинулась к нему, и последовал страшный удар. Я почувствовал этот удар и с такой силой дернул удочку, что рыба, вылетев из воды, с такой силой ударилась о стену водопада, что была уже полностью в моей власти. Я насадил дрожащими руками ее на кукан, и побежал добывать еще одну порцию рачков. Прибежал, насадил и тут же выловил точно такую же огромную рыбину. За те несколько минут, что оставались до темна я успел проделать эту операцию девять раз. И вот в темноте я шагаю по пыльной дороге, а за спиной у меня на кукане девять самых фантастических моих трофеев!!! В лагере переполох. Рабочие гурьбой пришли смотреть на мою добычу, и все цокали и цокали языками… Да, ребята, скажу вам: это очень полезное занятие – ДУМАТЬ. И ни в коем случае нельзя принимать что-то только потому, что это принимают другие. Все свои решения надо всегда брать только из себя, из своего котелка. Нет, я не хочу сказать, что я такой умный. И тот случай далеко не сразу так уж послужил мне уроком. Только с годами я стал понимать ценность того случая как мудрого урока. Люди очень не любят думать, страшно не любят. Особенно не любят думать люди сытые, благополучные, успешные. Нет, не все, конечно. Есть люди и успешные, которые продолжают думать и творить. Но это очень редкое явление, очень редкое. Как правило: если видишь сытого – ты ему с три короба наврешь, и делай с ним что хошь… Вот по телеку часто в военных сводках показывают российский генералитет. Ну, таких сытых, гладких толстозадых штабных кабанчиков гурьбой человек в 300-500 внимающих своему оленеводу. Да и вообще российское руководство часто показывают. Ну, ни за что не поверю, что там хоть кто-то способен ДУМАТЬ. Как пел великий Высоцкий: «…Скоморохи там все хорошие. Скачут, прыгают через палочку. Прибауточки скоморошие – смех и грех один: все в повалочку…» Вот Сталин как негодяй умный это хорошо понимал. Бывало, увидит, как его доверенное лицо начинает погружаться слишком уж в успешность и сытость, так он его раз…- и сковырнет за ненадобностью. И очень это народу нравилось. Ммм… Можно сказать, действовал по просьбам трудящихся. А тут… мало того что сидят бездарные но верные псы, так они сидят не то что годами, десятилетиями жируют. Так и что с них взять кроме анализов. Только и умеют что сладко жрать и мягко срать… Где они, маршалы Жуковы, Коневы, Рокосовские? Где они, я вас спрашиваю… Эта затхлость застоя наблюдается всюду: в политике, в армии, в культуре, в науке… Да, вот… А тогда на утро я, конечно, схватил удочку и побежал к водопаду. Но не увидел там того косяка рыб. И ходил я к водопаду до конца недели и не увидел больше в той речке ни одной рыбки. Куда они все подевались?...Такие дела!!! _____ ДОРОГИЕ ТОВАРИЩИ. Эпиграф: «Королева спирто-водочных изделий, именуемая водкой, была на высоте. Она сумела повалить великана на землю и, разумеется, одержала чистую победу. Мой подзащитный действовал так осторожно, что не помнит, когда был опрокинут стол, на котором были яства и посуда, а потому в его действиях не было умысла нанести ущерб ресторану». \Из речи адвоката.\ Было это году в 94-м в майские праздники. Ну, такой очень забавный по моим впечатлениям случай. Самое главное: ну вот ни граммулички ничего не придумал. Опишу все точно, как оно было. Те места, где помню смутно, буду оговаривать. Так вот, приехал я в Москву по своим коммерческим делам: закупить товару, пользующегося повышенным спросом, чтобы продать потом с выгодой для себя в местах своего проживания. Как пел опять же великий Высоцкий: «…Я самый непьющий из всех мужиков, во мне есть моральная сила. И наша семья большинством голосов в столицу меня снарядила…». У меня в Москве есть родственники, и я остановился у одной из своих двоюродных сестер. Она замужем. Муж у нее Володя, и оба они биологи, и почему-то с наркологическим уклоном. Володю я даже пару раз видел в телевизоре в качестве эксперта по тем самым наркологическим вопросам в программах центральных каналов. И вот они, сестра и Володя, пригласили меня составить им компанию в поездке на дачу. Ну, так они называли то место. В моем представлении «на дачу» - это час-полтора на электричке за клубникой. А тут несколько часов в пассажирском поезде к югу, так что даже выспаться по дороге можно, за тем, чтобы там посадить картошку. А дача та фактически – это дом в деревне. И вот мы вышли из поезда на такой маленькой станции, что даже домов вокруг не наблюдалось, и потом километров пять пешком с тяжелыми сумками. Но пришли. Деревня маленькая, семь домов, опустевшая, заброшенная, в ней зимой проживал всего лишь один старик, которому деваться было некуда. Ну а на лето в опустевшие дома приезжали так называемые дачники. Дом – такой очень просторный сруб метров 10х20, бревна старые, черные от старости. Посреди избы огромная кирпичной кладки печь, видимо, называвшаяся русской печью. Сверху на ней можно лежать, греясь на теплом. Участок земли размером соток десять-пятнадцать простирался вниз к небольшой речке. Земля – такой жирный чернозем, вот уж действительно старое бревно в нее посади – прорастет. Переночевали. С утра мы с Володей сходили в ближний лес, срубили пару не больших дуба. Притащили, обтесали и наладили новые стойки ворот и перекладину. Потом Володя куда-то отлучился, а по возвращению сообщил, что скоро приедет трактор и вспашет участок для предстоящей посадки картофеля. И да, после обеда послышалось стойкое характерное тарахтенье трактора сначала на соседних участках. Наш участок был крайним, так что очередь до нас дошла уже под самый вечер. Венцом нашего ожидания оказался трактор «Беларусь» благополучно заехавший на наш участок и приступивший к пахоте. Участок, надо сказать, представлял собой, как я думаю, довольно сложный для пахоты объект. Во-первых, уклон, во-вторых на участке было три-четыре дерева. Помню, одно из них, огромная толи яблоня, толи груша была с краю и еще была пара деревьев в центре. Однако к моему удивлению трактор очень ловко, умело так делал свое дело, аккуратно объезжая все препятствия на своем пути. Правда, при этом силуэт тракториста уже в начинавшихся сумерках как-то странно раскачивался в кабине. Было такое ощущение, что трак