Глава 25. Когда познание мира и удовольствие образуют единое понятие.
25. Когда познание мира и удовольствие образуют единое понятие.
Для того, чтобы побеждать в войнах, нужны не только опытные, но, даже не просто мыслящие, а НЕ ТРИВИАЛЬНО мыслящие люди. Бонапарты, Суворовы, Александры Македонские. Главнокомандующий должен быть не тривиальным стратегом, генералы должны быть не тривиальными тактиками. Российские генералы и главнокомандующий, кто они, что они знают, что умеют, что они придумали, что создали, где их творчество, где их идеи? Они только и умеют, что подчиняться. Подчиняться, подчиняться и подчиняться. Еще, быть верными, надежными и послушными начальнику. Думать, придумывать, фантазировать, творить и создавать, у них таких способностей либо вообще никогда не было и потому они пошли в армию, либо способности эти из них выбили еще в званиях «рядовой» или «курсант военного училища». Подчиняться, исполнять приказы, неважно какие, лишь бы самому не думать. «…Сказали на право — повернулся на право, сказали шагом марш пошел, куда? — там знают…» Вот она суть российской армии, впрочем, как и любой другой. Думать некому, «трясти надо, трясти, как сказал обезьян». Главнокомандующий, один имеет право думать и все решать, а что он придумал? — «Пилите, Шура, скоро будет золото». Думать и придумывать некому. Для того чтобы понять, что сейчас надо воевать не столько танками, самолетами и вертолетами, сколько, хотя бы, беспилотниками, даже на это главнокомандующему пришлось потратить полгода и десятки тысяч жизней простых солдат, наших воинов. А где они были, генералы и главнокомандующий — эти надутые индюки, когда азербайджанцы с помощью турецких беспилотников за неделю разнесли всю армянскую артиллерию и танки? Где они были, я вас спрашиваю? Сами ни на что не способны, так хоть увидели бы по телеку, как это делается. Да, простые солдаты, воины, они воюют не щадя себя, они герои, но те кто должны думать и придумывать, где они, я вас спрашиваю? Теперь они вообще свою бездарность хотят оплатить ядерным апокалипсисом, как вам это нравится? Не смогли, имея колоссальное преимущество, придумать, как надо правильно воевать и победить, так разнесем полмира, только бы не лишиться власти, так получается. ___ Моя жизнь в Алма-Ате, конечно, не ограничивалась лазаньем по деревьям и сенсационными теориями происхождения человека. В этом счастливом для меня городе слова «приключения, игры, познание мира» и «удовольствие» воссоединились в одно понятие. Имея свободу, я посвятил себя этому удовольствию. Здесь все для меня было внове. Недалеко от нашего дома был крематорий, из трубы которого всегда подымался сизый дымок. С трепетом обходил я, окруженный высоким забором, тот неказистый домик по противоположной стороне улицы. Еще выше, где-то в километре, был никольский базар и при нем никольская церковь. Один раз из любопытства побывал там. Сама церковь величественная, как мне казалось, попы в длинных черных рясах, покой, тишина, безлюдье. Внутри шик-блеск-тру-ля-ля, золото, тонкий голосок что-то гнусавит. По всем улицам Алма-Аты в те времена кроме плодовых деревьев росла какая-то трава, которую всюду же обливали чем-то желтым и очень вонючим. Через годы, выяснил для себя, что травой той была конопля. Да, в Алма-Ате, прямо в городе частенько росла конопля. Кстати о свободе - мать моя вскоре по приезду серьезно заболела и пролежала в больнице полгода, тетка много работала на секретном заводе, а ее муж был разбит параличом и сдерживал наши мальчишеские похождения не больше чем комнатное растение. Как и все дети в том возрасте 9—10 лет, мы с двоюродным братом заболели собирательством, накопительством и духом конкуренции. Началось с того, у кого лучше и больше спичечных этикеток. Для усиления своих позиций мы начали обследовать окрестные улицы в поисках спичечных коробков. Выяснилось, что больше всего таковых в мусорных урнах, и настоящим Клондайком для нас оказался отстойник железнодорожных составов на станции Алма-Ата II. Там поезда со всего советского союза очищались от мусора, и этот мусор сваливался в мусорные контейнеры. Мы смело ступили на стезю мусорщиков. После пары недель копания в мусоре мы случайно обнаружили специальный магазин, в котором можно было сравнительно недорого покупать эти спичечные этикетки отличного состояния сотнями. Держа в руках пару сотен этих разноцветных миниатюрных картиночек, мы ощущали себя миллионерами, эдакими Рокфеллерами, на вершине славы и величия. Но для покупки этикеток необходимо было иметь такие звонкие металлические кружочки под названием деньги. Так что, наши мусорные изыскания продолжились. Только теперь мы перешли на поиск бутылок. С началом лета наш энтузиазм по поводу спичечных этикеток поугас, а с осенью возродился, перейдя в коллекционирование марок. Там было интересней, марки различаются не только сюжетами, принадлежностью разным странам, но главное, ценами. По ним можно изучать географию, можно окунаться в историю и политику. Лето, каникулы… все лето мы пропадали в парке Горького. Вход туда был бесплатный, и там было множество самых интересных забав. За входными воротами открывался вид огромных величественных сосен, внутри море всяких аттракционов: качели, карусели, детская железная дорога, тиры, маленькие и два больших озера, пионерское и комсомольское, на которых можно было плавать на лодках и катамаранах. Парк был необъятных размеров, не помню его границ. И все это было в нашем безусловном владении, были бы деньги. Мелочь мы добывали поиском бутылок, родители, иногда что-то подкидывали. Но уже тогда у меня образовалось понимание, во-первых того, что всего желаемого можно добиться, а во-вторых, надо только научиться добывать эти маленькие металлические кружочки. Летом, в жару, мы пропадали в парке с утра до ночи, в основном купаясь в озерах вопреки запрету. В цен