На какое-то мгновение Чар почувствовала, что не может собраться с мыслями. Казалось, в ее пустой голове осталось одно только слово: как? Но наконец наваждение прошло, и к Чар вернулась память и способность рассуждать здраво.
Придя в себя, она примостилась на краю стола и поднесла трубку к уху. Подол ее вечернего наряда ниспадал со стола и тяжелой волной ложился на пол.
— Извините, что заставила вас ждать. Это Чар Броуди. Чем я могу вам помочь?
В трубке раздался голос репортера одной из вечерних газет:
— Надеюсь, вы не откажетесь ответить на несколько вопросов?
— Конечно, нет. Я вас слушаю.
И началось. Вопросы, которых Чар ждала годами, наконец были заданы, и ответы, которые она мысленно повторяла столько раз, произнесены вслух. Это было именно такое интервью, о котором Чар всегда мечтала. Она без утайки рассказывала журналисту все, что его интересовало.
Конечно, она восхищена, что герцогиня выбрала ее платье для бала по случаю дня рождения королевы…
Естественно, она будет и дальше создавать модели, которые пользуются успехом, и, если герцогине понравятся другие ее работы, она будет счастлива…
Нет, нет, создание гардероба специально для герцогини пока не планируется…
Нет, она не слышала, захочет ли герцогиня обратиться напрямую в «Броуди Дизайн».
Да, она понимает, что женщины, занимающие такое высокое положение в обществе, обычно пользуются услугами всемирно известных кутюрье и практически не делают покупок в обычных магазинах, но, конечно, ничего неслыханного…
Она знала, что Лилит Прескотт любит покровительствовать молодым талантливым модельерам, открывать новые имена. Разве это не чудесно, что вкус леди Лилит не ограничивают условности?
Планы по расширению производства? Они пока еще в стадии разработки. Очевидно, что сейчас у» Броуди Дизайн» появилось больше заказчиков, и фирма не может их всех удовлетворить. Конечно. Я только хотела быть уверена, что расширение производства не скажется на устойчивости фирмы. Мое прошлое — прошлое дизайнера, разрабатывавшего модели на заказ, — это длинная история, но в будущем я надеюсь, что смогу выпускать готовую одежду. Да, я могла бы охарактеризовать свою работу как напряженную и упорную, но одновременно она доставляет мне большое удовлетворение. Главным образом это интерпретация классических силуэтов. Основное в моих моделях — цвет и ручная работа. Не вижу смысла шокировать публику вычурными моделями только потому, что кому-то это нравится, вы не согласны? Да, думаю, в моих работах есть элементы геометрии. Иногда вещь рождается с чего-то совсем простого, например, с кружевной вставки…
Да, спасибо. Я рада, что вам нравятся мои работы. Я взволнована тем, что герцогиня будет носить вечернее платье от «Броуди Дизайн», и надеюсь, подберет для своего гардероба что-нибудь из повседневной одежды. В данный момент я собираюсь сосредоточиться на этой новой стадии своей карьеры, но не растерять друзей и клиентов, обеспечивших «Броуди Дизайн» успех здесь, в Калифорнии. Спасибо. Большое спасибо. Я ценю ваше мнение. Как-нибудь. Ленч? Конечно, с удовольствием. Звоните…
— Чар… — Кэрол не дала своему боссу ни минуты передышки. Чар еще не положила трубку, а Кэрол уже приступила к делу. — Роберт передал по факсу список заказов. Это только часть, потому что у Миры не было времени напечатать его полностью. Я не знаю, как мы с этим справимся, но кое-что я уже сделала до твоего прихода. Позвонила на оптовый склад, они говорят, что могут поставить триста пятьдесят ярдов того кофейного шелка с рисунком, который мы использовали для модели 1580, маленькое платье для коктейля. У нас будет около двухсот ярдов белого пике и пике в синюю и красную полоску для комбинезонов, четыреста ярдов твида для жакетов. У нас достаточно фурнитуры для корсажей. Так что можно заключать контракт с магазином Нордстрома, если мы…
И Кэрол наклонилась, передавая Чар список на трех страницах, напечатанный через один интервал. Листы были испещрены красными галочками и синими точками. Чар взяла список и погрузилась в его изучение. Неожиданно она испытала странное ощущение. Возбужденный голос Кэрол доносился словно бы откуда-то издалека, а ее саму обволакивало облако неги, истомы и необъяснимой радости.