— Все? И повседневную одежду? И пальто? И одежду для отдыха? — недоверчиво переспросила Чар.
— Oui, oui, oui. — В голосе подруги Чар услышала такое неподдельное восхищение, что ее захлестнула благодарность. — Дорогая, ты будешь великим модельером. Тебе будет принадлежать весь мир.
— Нам будет принадлежать весь мир, — поправила ее Чар. — Она скупила все, что было у тебя в магазине. Не могу себе представить, чтобы парижская пресса пропустила такое событие.
— У меня после ее визита появилось несколько покупателей. Конечно, это те, кто знает толк в моде и умеет делать покупки в уникальном маленьком магазинчике на Сент-Оноре. А другие мне и не нужны. — Пилар сообщила об этом таким тоном, словно между делом сообщала о присуждении ей Нобелевской премии.
— Несколько покупателей, ну как же! — восхищенно хмыкнула Чар.
— Честно говоря, это очень хорошо для дела. Я так хотела дозвониться тебе, когда герцогиня ушла. Я так радовалась, но нигде не могла тебя найти. А сейчас, знаешь, я так устала.
— Жаль, что ты не смогла меня разыскать, — ответила Чар и подумала, что можно ничего не объяснять. Но Пилар — ее подруга, она делится с ней своими переживаниями. И Чар призналась. — Но ты была бы рада узнать, почему не смогла мне дозвониться.
— Неужели Флетчер? — И Чар услышала в голосе подруги любопытство и скрытую надежду.
— Флетчер.
— Я очень рада. Ты дурочка, то же самое могло случиться еще в Париже. Но хорошо, что наконец это произошло. Это было… Как ты говоришь? Necessaire?
— Нет, не то. Не необходимо, а неизбежно.
— Да, конечно. Странное слово. Но то же самое можно сказать и о твоем успехе. Он тоже был неизбежен. А сейчас, Чар, я должна спать. И мне приснится сон, что ты, и Армани, и Ив, и Кристиан создаете прекрасные новые коллекции специально для меня. Пожалуйста, подумай об этом, пока ты не улетела отдыхать на Ривьеру.
— Теперь долго не будет никаких полетов, Пилар. Разве что в твоих снах. Я скажу Кэрол, чтобы она послала тебе прямо сейчас другие вещи взамен тех, что забрала прекрасная герцогиня. А теперь отдыхай. Я не откажусь от любой помощи с твоей стороны.
— Тебе ничего не нужно, Чар, кроме твоего воображения. Все будет замечательно. Поздравляю тебя, дорогая.
Чар повесила трубку. «Как было бы хорошо, если бы Пилар оказалась рядом», — подумала она. Ей так нужно было общение с подругой, понимавшей, сколько эмоций, сколько труда вкладывает Чар в свои модели. Пилар, ее лицо, фигура всегда вдохновляли Чар. Ваше отказался от услуг Пилар, не понимая, как прекрасна ее зрелая красота, не оценив ее опыта. Она могла бы привести его к новым высотам в творчестве. Но он позволил ей уйти, потому что она не льстила ему, а говорила правду. Она укоряла его за то, что он перестал вкладывать в свои модели душу и сердце. А он злился на Пилар, хотя для него было бы полезнее прислушаться к ее советам. Чар же никогда не забудет наставлений подруги, полных мудрости и здравого смысла.
Но день, наполненный работой, заботами, радостями и разочарованиями, продолжался, и вскоре Пилар была забыта. В первое время, когда Чар только открыла свою мастерскую, она собирала своих немногочисленных сотрудниц, рассказывая им все о работе, говорила, как много все они значат друг для друга. Она просила их содействия, благодарила за помощь, за то, что превращают ее рисунки в реальные, осязаемые вещи, давая им жизнь.
В пять часов Кэрол получила последний факс от Роберта и положила листки на стол перед Чар. Шесть женщин с волнением, любопытством и надеждой смотрели на нее. Даже в самых фантастических снах они не могли себе представить, что настанет такой день. Мастерская «Броуди Дизайн» была для них особым местом, и для каждой из них она что-то значила. Все они, вероятно, могли заработать больше в какой-нибудь крупной фирме, потому что ни их мастерство, ни их профессионализм не вызывали сомнения. Но они оставались с Чар, им нравилось работать всем вместе и способствовать ее успеху. Все они помогали ей, и сейчас их внимание было приковано к Чар, читавшей последние сообщения Роберта.
— Всего заказов… — Чар помолчала и обвела взглядом своих сотрудниц, — в итоге оптовые закупки на… — она тянула время, наслаждаясь значительностью момента и поддразнивая женщин. Она видела, как они подались вперед в напряженном ожидании. Наконец в полной тишине Чар отчеканила: —пять миллионов долларов.
Что тут началось! Женщины обнимались, визжали от восторга. Неизвестно откуда появилась бутылка шампанского. Чар покорно откупорила бутылку, пробка вылетела, и пенящееся вино было разлито по пластмассовым кофейным чашкам. Все пили и смеялись, и обсуждали, что нужно сделать в первую очередь, чтобы «Броуди Дизайн» встретила будущий сезон во всеоружии. Все клялись, что всегда верили: этот день наступит. Тереза сомневалась, смогут ли они сегодня уснуть. Алана настаивала на необходимости в первую очередь купить компьютер. Ильза требовала еще десять швей и столько же швейных машин. Мэгги хотела, чтобы поставщики сами присылали своих представителей. Ей надоело носиться по складам и магазинам.