— Входи быстрее, Том, а то там такой снег! — воскликнула она. — Рада, что ты вернулся.
Я снял плащ и крутку, прислонил в углу посох и отряхнул снег с сапог.
— Садись. — Мэг подвела меня к очагу. — Ты дрожишь от холода. Чашка горячего бульона тебя согреет. Больше пока ничего предложить не могу, но позже состряпаю что-нибудь посерьезнее.
Я дрожал не столько от холода, сколько от всего, что произошло в комнате Моргана, но постепенно, грея руки у огня, начал успокаиваться. От сапог поднимался пар.
— Приятно видеть, что все твои пальцы целы! — воскликнула Мэг.
Я улыбнулся и спросил:
— Где мистер Грегори?
Может, ушел, потому что кому-то потребовалась помощь ведьмака? Хорошо бы. Это означало бы, что он снова чувствует себя вполне прилично.
— Все еще в постели. Отдыхает, как только выпадает возможность.
— Значит, пока ему не лучше?
— Он выздоравливает, но медленно, — ответила Мэг. — На это требуется время. Сразу не получается. Постарайся слишком уж не волновать и не обременять его. Он очень нуждается во сне и в покое.
Она поставила передо мной чашку источающего пар куриного бульона. Я поблагодарил и принялся пить его маленькими глоточками, чувствуя, как согреваюсь изнутри.
— Как твой бедный папа? — внезапно спросила Мэг, усевшись в свое любимое кресло-качалку. — Ему лучше?
Я ужасно удивился, что она помнит об этом; к глазам снова подступили слезы.
— Он умер, Мэг. Но он очень сильно болел.
— Какая печальная новость, Том. Мне очень жаль. Я знаю, что это такое — терять близких…
Внутри у меня все сжалось в тугой узел — при мысли о потере папы и о том, как Морган обошелся с его духом. Папа такого не заслуживал. Нельзя допустить, чтобы это повторилось. Нужно что-нибудь предпринять.
Мэг молча глядела на огонь. Спустя некоторое время она закрыла глаза и принялась негромко напевать какую-то мелодию. Покончив с бульоном, я встал и поставил чашку на стол.
— Спасибо, Мэг. Было очень вкусно, — сказал я.
Она не ответила и, казалось, уснула. Вообще-то она часто подремывала в своем кресле-качалке около очага.
Я не знал, что делать. Мне хотелось поговорить о Моргане с хозяином, но он явно был не в том состоянии, чтобы беспокоить его по этому поводу. Вдруг от разговоров ему станет хуже? Может, пока он спит, имеет смысл подняться и взглянуть на этот гримуар; проверить, там ли он, где указал Морган. Одно не вызывало сомнений: теперь, когда учитель так сильно болен, а Алиса исчезла, я мог рассчитывать только на себя. Сейчас меня волновало одно — как найти правильное решение и помочь папе. Только это имело значение; я должен был помешать Моргану терзать его. Но как? Для начала, видимо, следовало поискать гримуар…
Ведьмак спит… Может, другого шанса сделать задуманное и не будет. Отчасти мне становилось не по себе при одной мысли о том, чтобы взять книгу без позволения Ведьмака. Впрочем, объясниться можно будет позднее. Папа — вот что сейчас важнее всего.
Однако стоило мне направиться к двери, как Мэг внезапно открыла глаза и наклонилась вперед, помешивая кочергой огонь.
— Хочу подняться и взглянуть на мистера Грегори, — сказал я.
— Нет, Том, не стоит пока его беспокоить. Просто посиди тут у огня и согрейся как следует — после такой-то долгой прогулки по холоду.
— Ну, тогда сначала я возьму из кабинета свою записную книжку.
Однако отправился я вовсе не в кабинет, а в зал. Если Ведьмак не встает с постели, значит, Мэг не пьет свой травяной чай, а мне требуется на какое-то время усыпить ее, чтобы заняться поисками гримуара. Травяной чай — самый легкий способ добиться этого. Я достал из буфета большую стеклянную бутыль, налил в чашку снадобья на три четверти дюйма, вернулся на кухню и поставил греться воду.
— Что это? — с улыбкой спросила Мэг, когда я протянул ей чашку.
— Травяной чай, Мэг. Выпей. Без него у тебя кости будут ныть от холода.
Улыбка сползла с ее лица. Мэг вырвала у меня чашку и грохнула ее о каменный пол. Вскочила, схватила меня за руку и притянула к себе. Я попытался вырваться, но она оказалась слишком сильна. Я почувствовал, что она без особого труда способна оторвать мне руку.
— Лгун! Лгун! — закричала она, чуть не касаясь своим лицом моего. — Я надеялась, ты относишься ко мне лучше, но ты такой же, как Джон Грегори! Никто не скажет, что я не дала тебе шанса, но ты доказал, что ничем не отличаешься от него. Вы хотели, чтобы я ничего не помнила, верно, парень? Но теперь я помню все. Знаю, кем была и кто я сейчас!
Мэг громко втянула носом воздух.