— Добрый вечер, Феликс Викторович, рады вас видеть в нашем ресторане. Позвольте проводить вас к столику. – приятный голосок очаровательной брюнетки отвлёк гостя ресторана от мыслей.
Встречали его две девушки: вышеупомянутая брюнетка и рыжая, и, конечно же, Боровицкий предпочёл бы первую, хотя брюнеток в его жизни и так хватало. К сожалению, сегодня у него за столиком будет не самая приятная компания.
Виктор Анатольевич Боровицкий, как и подобает генеральному директору, пришёл заранее и успел даже заказать два бокала виски и салат, вкусом которого он и наслаждался.
— Я за рулём, – «с порога» отказался Феликс, усевшись в мягкое кресло.
— Да когда тебя это останавливало? – отмахнулся от него отец.
Далее всё шло по распланированному сценарию: «ну, рассказывай, как день прошёл?» и «а почему об этом не рассказал?». Сын давно перестал бороться с этой надоедливой привычкой отца вытягивать всё из него, а не переходить сразу к делу. За рассказом им принесли заказанные блюда, затем водитель забыл, что он сегодня за рулём, а немного поев уже проще относился к беседе, удобно устроившись на кресле и разглядывая огромную люстру недалеко от них.
— Новости читал? – наконец перешёл к сути Виктор Анатольевич.
Тон, как обычно, был не радостным. Феликс попытался вспомнить, что же такого могло произойти с компанией, что об этом написали в новостях. Он то точно ничего не делал. Догадка оказалось ошибочной и в протянутом смартфоне, Боровицкий увидел вычурный заголовок: «Цена любви: как сын Виктора Боровицкого делает из моделей проституток». Феликс нахмурился. Не часто кому-то удавалось оскорбить столь влиятельного человека, но на этот раз журналисты попали в самую точку.
Засунули его в тень другого, более влиятельного человека.
— Надеюсь, ты меня позвал сюда, чтобы обсудить улучшение моего имиджа?
— В какой-то степени, – недовольно буркнул отец. – Уже какая модель заявляет, что её поматросил и бросил Феликс Боровицкий…
— Сын Виктора Боровицкого. – резко подчеркнул мужчина.
— Лучше бы ты о репутации своей так заботился, как об упоминании имени в заголовках СМИ.
— Это и есть репутация.
— Нет, сынок, репутация – это когда смотрят на твои достижения, а не на то, сколько баб у тебя в постели. А чтобы на это перестали смотреть – баба должна быть одна. Хотя бы официально.
Возмущение Феликса даже немного затихло, но лишь для того, чтобы вспыхнуть с новой яростью. Отпив из бокала немного виски и помассировав висок, Феликс усталым взглядом уставился на отца.
— Хочешь, чтобы я жену себе завёл, и мы внуков тебе нарожали?
— Желательно, – не уловив иронии, ответил Виктор. – Тебе уже почти двадцать девять лет, ещё пять, и ты войдёшь в список директоров. И что будут писать в газетах? Директор рекламного агентства «Аврора» заключает партнёрства, чтобы заниматься сексом с моделями?
— Ой, пап, да как будто…
— Без как будто! У них жёны есть.
Конечно, легко говорить когда ты не «холостяк», а «безутешный вдовец, решивший навсегда остаться верным своей жене». Клеишь себе этот «ярлык» прямо на лоб, упоминаешь в каждом интервью; раз в год, в окружение камер, навещаешь могилу супруги и, вуа ля, ты просто ангел во плоти. И всем становится глубоко наплевать, что не женишься ты из-за возможных проблем с наследством, а моделей зажимаешь может даже пуще родного сына.
Мать Феликса, Вера Ивановна Боровицкая (в девичестве Языкина), познакомилась с будущим мужем еще в институте, когда он был, что называется, гол как сокол. Они поженились через месяц после отношений, не имея при этом ни гроша в кармане, поселившись с родителями Виктора.
Вся семья, и даже сама Вера знали, что Виктор за человек. Знали как он умеет пробивать стены головой и что он обязательно добьется успеха. В то время, как его жена и родители «пахали» на заводе, он днями и ночами не вылезал из квартиры, выдумывая все новые и новые бизнес-планы и различные креативные идеи. Пока что его настегали одни лишь неудачи и отказы, но он старался как мог, а семья поддерживала его своей безграничной верой. И вот, спустя столько лет, его первый рекламный ролик был одобрен и принят «в оборот». Вообще Виктор лез во все возможные «щели», но твердо решил, что первая же дверь, которая перед ним откроется, станет «той самой». И он не ошибся.
Его карьера в качестве создателя рекламных роликов пошла в гору. А тут еще и любимая Верочка объявила, что ждет первенца. Долгожданный сын, которого они решили назвать Феликс. У них получилась весьма интересная семья. С именем мамы все было ясно. С именем отца тоже, ведь Виктор — значит победитель. Имя Феликс означало «преуспевающий». Таким образом семья Боровицких как бы отражала суть того, как строилась их жизнь. Разве могло все стать еще лучше?