В тот день владелица кабинета уже который час тщательно просматривала журналы и анкеты в поисках только ей известного документа. Через какое-то время медведьма нашла то, что искала, и направилась с папкой в руках к своему рабочему месту и сев за бюро, открыла папку и стала читать. Так, попеременно листая страницы и читая содержащуюся в них информацию, Поппи делала выписки на отдельный пергамент. Закончив свое дело, мадам Помфри откинулась на спинку кресла и закрыла уставшие от напряжения глаза. Тишину в кабинете нарушил стук в дверь. Зная, что её не будут беспокоить по пустякам, медведьма поднялась, резким жестом размяла затекшие плечи и направилась к двери. Прежде чем открыть посетителю, мадам Помфри посмотрела в большое зеркало: несколько скупых движений палочкой хватило, чтобы убрать с пальцев следы чернил, поправить покосившийся чепец и разгладить складки на платье. Никто не должен видеть хозяйку Лекарского крыла в ненадлежащем её положению виде. Нежданным посетителем оказался завхоз. В руках у него был объемный, тяжелый даже на вид, сверток.
— Добрый вечер, мадам Помфри. А я вот тут к вам с гостинцами, — показывая свою ношу, поприветствовал Александр.
— Здравствуйте, мистер Филч, — улыбнулась медведьма мужчине в ответ. — Проходите.
— Благодарю, мадам. А куда поставить? — вошедший мужчина замешкался, не зная, что делать со своей ношей.
— А вот здесь ему будет самое место, — женщина указала на стул для посетителей.
— Наверное, я не совсем в удобное время пришёл, вижу вы выглядите уставшей, и вам не помешал бы отдых, — предположил Алекс.
— Нет-нет, что вы, всё нормально. Дел просто много навалилось. Каждый год такое, конец учебного года и сопутствующие проблемы, да ещё и последние события… Не будем о грустном. Так, что вас привело ко мне, мистер Филч? — приняв более бодрый вид, спросила мадам Помфри.
— Нас тут никто не услышит? — шёпотом спросил завхоз.
Медведьма, понимая, что разговор будет не для лишних ушей, парой взмахов палочки заперла дверь и отсекла все звуки, исходящие из кабинета.
— Присаживайтесь, мистер Филч, — целительница увлекла мужчину к чайному столику. — Я слушаю вас.
— Видите ли, мадам Помфри, подумав о своих обстоятельствах, я пришёл к мысли, что мне такими темпами не найти литературу для своего развития. Пускай магия ко мне и вернулась, но, поискав в библиотеке книги по развитию праны, я не нашёл ничего сверх того, о чём вы мне тогда рассказали. И то информации было с гулькин нос. И мне пришла в голову довольно рискованная идея, попросить соответствующую литературу у директора, ведь мне как-то нужно будет объяснять изменение своего внешнего вида: я окреп, стал более подвижным, и это стали замечать студенты. И могут заметить и другие люди. Пускай я и прервал большинство связей со знакомыми, но я иногда выбирался в Хогсмид в б… КХМ, за покупками, там же меня все видели и раньше тоже. А тут — ОПА — я стал здоровее. Надо всё это преподнести другим так, чтобы лишних вопросов не было. А кроме вас я не смогу больше ни у кого просить реальной помощи. И первый шаг я хотел начать с директора, чтобы потом можно было избежать нежелательных вопросов и ссылаться на Дамблдора. Вы не поймите меня неправильно, я ваши возможности не принижаю и понимаю, что вы бы могли достать такие же книги, но, зная гильдию и её методы, мне не хочется рисковать вами и вашей репутацией, — Алекс закончил свой монолог и посмотрел на задумчивую женщину.
Мужчина понимал, что за оказанную помощь ему придётся заплатить. Но обстоятельства вынуждали его. Да, он мог скрыть ото всех свои возможности, но был шанс случайно раскрыться. И лучшим решением было открыться как йог, ведь этим Алекс мог оправдать все изменения, что произошли с ним.
А тем временем мадам Помфри обдумывала, как помочь завхозу. Его идея ей тоже казалась рискованной, и она, зная директора и его способы ведения дел, не могла до конца предсказать его действия. Вспоминая свой разговор со Сметвиком, после того как она вернула в Мунго диагност, она понимала — её помощь Александру привлечёт ещё больше внимания главы Британского отделения гильдии целителей: Гиппократа Сметвика. А тот, в свою очередь, при встрече с завхозом вне стен школы сможет с лёгкостью определить в нём мага, а не сквиба. Ведь школа настолько сильно пропитана магией, что и сама медведьма не смогла без специальных заклинаний определить в Александре мага. Да что там, даже сам Дамблдор до сих пор не понял этого. В этот же миг она поняла, что забыла скрыть ауру завхоза. (Пускай волшебники считали Истинное зрение чем-то легендарным, но они могли чувствовать своей аурой проявления магии или разумных на небольшом расстоянии от себя, и чем волшебник был сильнее, тем чувствительнее он был.) Это было удачей, что такой сильный маг, как Дамблдор, не почувствовал ничего от Александра.