— Слушаюсь, шеф.
После получения известия об очередной разорённой деревне в осведомленных о существовании магического мира маггловских властных кругах поднялся довольно большой шум. Королева и её советники, опасаясь за (свои) жизни подданных, через официальные каналы требовали от министра МагБритании побыстрее разобраться со сложившейся ситуацией. Свои требования они подкрепляли обеспокойством всё увеличивающимся количеством пропавших без вести обычных людей, и тревогой из-за потенциальных потерь. Не говоря о том, сколько ещё деревень и городков придётся убирать с географических и туристических карт. Это же такой расход бумаги… Не говоря об экономических потерях. Во время официальной встречи министра магии Юджинию Дженкинс сопровождали Верховный Чародей Визенгамота Дамблдор, глава Отдела тайн, а также, к неудовольствию Великого и Светлого, Брюс Монтегю. Род Монтегю в прошлом владел баронский титул в магловском мире, и являясь дальней роднёй графам Солсбери, что были носителями фамилии Монтегю. Итоги этого заседание выставили МагБританию в весьма неприглядном виде. Началось всё с того, что на свои справедливые требования маггловские власти в который раз получили очередной невнятный ответ в стиле: “Мы делаем всё возможное”. На такой пассаж Министра магии, Её Величество, недавно получившая послание от Папы Римского, огорошила всех присутствующих новостью, что она решила откликнуться на инициативу понтифика: если ни маги, ни Анликанская церковь Британии не могут разобраться с творящимися безобразиями, то пускай католики попробуют. К тому же Ватикан предложил довольно лакомые контракты, которые пришлись ну очень уж ко времени. Но об этом Её Величество благоразумно умолчала. Информация о скором появления на землях МагБритании конкурентов выбила госпожу министра Дженкинс и сопровождающих её лиц из равновесия.
Представители магического сообщества, услышав столь вопиющую для них новость, в тот момент отреагировали по-разному. Дамблдор был в смешанных чувствах. С одной стороны была его идея фикс, про Любовь и Мир здоровые отношения с магглами, но, с другой стороны, его настораживало скорое присутствие на ЕГО территории церковников.
Монтегю чуть было не разразился неподобающей его статусу тирадой, но удержался от лишних высказываний и принялся ледяным тоном отговаривать монаршую особу от столь опрометчивого поступка, аргументируя вначале тем, что большая часть жителей Королевства исповедует англиканство, а разрешить Католической церкви вмешиваться во внутренние дела, значит не только запустить змею в дом, но и предложить ей кормовых мышей. Монтегю на свои возражения также получил обоснованный и адекватный ответ от советников.
Вся встреча обернулась фарсом: маги пытались отговорить магглов, а магглы упрекали магов в некомпетентности. Сложившийся ход обсуждения мог бы скатится в куда худшую сторону, но и те и други понимали, что если между ними разразится конфликт, им всем не поздоровится. Мировые державы и МКМ с другими магическими объединениями не пропустят угрозы от магглов мимо ушей. Один раз уже проигнорировали, что привело к Статуту о секретности и предшествующим событиям. Никому не была выгодна война, в нынешнее время точно; ведь, при наличии ядерного оружия с одной стороны и сокрытии от общественности магических знаний с другой, всё скатиться в тартарары, если начнётся война. Вот так магам пришлось утереться своими обидами и принять действительность.
Юджина Дженкинс после окончания встречи с маггловскими властями, вернулась к своим тяжёлым будням. А спустя пару дней пришло послание от нежданного гостя. Читая его письмо, женщина мрачнела и проклинала то королеву, то виновного во всех нападениях, то группу магов, авров или сотрудников ДМП, что уже какой год не справляются с возложенной на них задачей. И, конечно же, тот день, когда она не смогла повлиять на мнение Её Величества, сославшись на обязательство соблюдать Статут о секретности. Только её доводы один из советников королевы одной фразой: “Деятельность этих ваших террористов — прямая угроза падению вами оберегаемого Статута”, - буквально слил в деревенский сортир.
И вот госпожа министр держит в руках писульку, которая, как будто в насмешку над правилами хорошего магического тона, напечатана с помощью маггловской техники на обыкновенной маггловской бумаге, а не написана на фирменном пергаменте от руки. Писульку, которую прислал инквизитор, имя которого было хорошо знакомо власть имущим. Инквизитор, упоминание имени которого бросало в ужас каким-либо образом связанных с ним НЕразумных личностей.