Постоялый двор покинули на рассвете. Роксэль хотела добраться во владения совета до темноты и приказала кучеру ехать быстрее. Раз он хвастался лошадьми, пусть докажет их прыть. Советница больше не возражала против открытых штор, и Мари прилипла к окну. Она ведь ничего не видела, кроме Академии, Зимнего Дворца и Орэна.
В стране каждый клочок земли кому-нибудь принадлежал. Общим оставался разве что тракт между человеческими жилищами и срединной территорией. Города состояли из непосредственно городов и окружающих их полей, лесов и водоемов. Мари с Роксэль второй час ехали вдоль извивающейся реки, но формально оставались в городе Орэне. Все, что росло и обитало вокруг, считалось собственностью городовиков. Правда, значительную часть урожая, мяса и шкур животных, люди передавали Королям в качестве платы за правильную погоду.
Города окружали каменные стены в три—четыре человеческих роста, охраняемые по периметру. Попасть на территорию городовиков (или покинуть) разрешалось через ворота, выходящие на тракт. Возле них, как и вдоль стен, дежурили армейцы. Роксэль миновать границу Орэна не составило труда. Она показала охране лист бумаги с незнакомой Мари печатью и знак на тыльной стороне рукава — четыре параллельные линии: белую, коричневую, зеленую и оранжевую. Старший армеец кивнул, и кучер погнал лошадей мимо очереди из двух дюжин повозок и карет, подъехавших раньше.
На тракте резвые кони прибавили скорость, благо особым экипажам пространства хватало. Дорога, как и многое в стране, делилась по классовой принадлежности. Середину предоставляли обозам торговцем и транспорту остальных простых смертных. Телеги вынужденно теснились, натыкались друг на друга и ползли не быстрее черепах. Крайние ряды принадлежали избранным: стихийникам и богачам из городов. Большую часть времени они пустовали.
Любоваться стало не на что. Тракт окружали стены: с одной стороны — городов, с другой — срединной территории. Мари принялась разглядывать обозы, которые больше стояли, нежели ехали. Правильно Еллу посчитал, что добираться до места с торговцами ей пришлось бы с неделю. Однообразная картина быстро наскучила, но стихийница упрямо глазела в окно. Все лучше, чем встречаться с недовольным взглядом Роксэль. Мари чувствовала, что не нравится старшей Норлок, но не понимала, почему та взяла ее с собой.
— Мы проехали ворота! — испугалась Мари, когда через полтора часа лошади во весь опор промчались мимо въезда на срединную территорию.
— Это не наши ворота, — монотонно отозвалась Роксэль, не отрываясь от книги. — Их здесь несколько десятков. Завернем не туда, застрянем. Местные жители в очередь выстроятся, чтобы пожаловаться на соседей. Устроят представление.
Правильных ворот уставшие кони достигли на закате, когда Мари начало мутить от одинаковых телег и бесконечных стен. Охранники, завидев в окне Роксэль, почтительно поклонились и пропустили карету без досмотра. Юная стихийница вновь прильнула к окну, но спутница задернула перед ее носом штору.
— Знаешь, в чем твоя проблема, Ситэрра? В излишнем любопытстве! — Роксэль цепко схватила Мари за локоть. — Послушай внимательно, девочка. Ты жива лишь потому, что кое-кто считает твои погодные способности ценными. Но везение и чужое терпение рано или поздно заканчиваются. Мой тебе совет: не делай лишних телодвижений. Ступай. Тебя ждут. Не накликай беды и на их головы.
Переспросить о владельцах упомянутых голов Мари не посмела. Схватила сумку и выскользнула прочь, чтобы не видеть серых глаз, наполненных льдом. Снаружи ее, и правда, ждали. Двое юных стихийников, при виде которых сердце радостно кувыркнулось. Круглолицый паренек с густыми волосами цвета соломы и рыжая девушка махали Мари, стоя у забора красного кирпичного дома.
К горлу подступили слезы. Понимая, что сдержать их не удастся, дочь Зимы медленно зашагала навстречу друзьям. Мари никогда не плакала при них и старалась отдалить момент, когда они увидят ее слабость. Но Далила и Ной бросились навстречу, громко крича слова приветствия. Им было все равно, смеется она или рыдает.
Глава 12. Заводила
— Жить будешь со мной, комната просторная, на троих хватит, — весело трещала Далила на бегу, таща Мари за руку вдоль аккуратного ряда красных домов. Ной едва поспевал за ними, тяжело дышал и что-то пыхтел под нос. Но Далила не обращала внимания. — Я с детства слышала, что наемников совета селят с комфортом, но думала, преувеличивают. Оказалось — нет, тут все грандиозно. Они и Ноя на работу взяли. Ошибочно считают, что на время.