До сего момента Одри Элс казалась просто идеальной кандидаткой. Молоденькая, экономист после университета. Неопытная, наивная, неуклюжая. Достаточно симпатичная, чтобы с ней спать, достаточно мнительная, чтобы ею манипулировать, правда, укор из слова «мужик» до сих пор не шел из головы. Она говорила с ним так, когда не знала, что он — это он.
У неё хватало сил так с ним разговаривать. Это, почему-то, злило. А еще раззадоривало, одновременно.
Чуть-чуть подправить
— Я предпочитаю два вида пищи. — Он елейно улыбнулся, однако, от этой улыбки сводило живот. — Либо качественную домашнюю еду, либо еду из нескольких неплохих ресторанов, в которых я ем уже несколько лет. Они дорожат своей репутацией и досконально прописывают состав блюда. Для меня это важно, дерьмо я не ел и не собираюсь. — Нэд слегка склонил голову. — Я бы не сказал, что люблю готовить, но, в целом, делаю это весьма неплохо. А ты?
— А я. — Одри потупила глаза. Она любила вареники с вишней и тако с морепродуктами из забегаловки рядом с работой. — Я тоже люблю здоровую еду на самом деле, но не всегда получается её есть.
— Ты просто не задавалась целью. — Вновь эта царапающая улыбка. Отвратительно поучающая и какая-то снобистская. — Настоятельно рекомендую тебе еще заняться спортом, будешь лучше себя чувствовать, и… хорошо выглядеть. Хочешь походить со мной в зал? Пока не привыкнешь.
— Ну… я не очень люблю заниматься в группе, лучше дома. — Элс сдвинула брови. — А почему ты заговорил про спорт?
— Я думаю, тебе пойдет здоровая худоба. Диета из нормальной еды и спорт сильно помогут с этим. Что думаешь? Ты красивая, но занятия сделают тебя еще лучше. Мне… очень нравятся стройные девушки.
— Ну. — Она задумалась. Вновь, почему-то, было неприятно, как когда они обсуждали её пиджак. Хотя Нэд, вроде бы, ничего дурного не посоветовал, спорт на самом деле полезен. По-настоящему глупо пренебрегать хорошим советом из-за подросткового чувства бунтарства, которое не пойми откуда взялось. Глупо, не так ли?
— Худое тело привлекательно. — Продолжал Ротман, прикрыв глаза. — Ровно, как и мужчина, привлекателен, только пока ходит в зал и работает над собой. Тебе же нравится, как я выгляжу без одежды, верно?
Одри тяжело выдохнула. Да, ей нравилось, конечно. Безусловно. Настолько нравилось, что неловко было смотреть. Длинный скелет, рельефные мышцы под бледной кожей. Чудовищно плотные, твердые. Торс, грудь, ноги, плечи… узкий таз, длинные пальцы. Изумительное сочетание генетики и труда, только когда Нэд кидал намеки об её теле, становилось злостно. Почему-то.
Не то что бы Элс была слишком толстой или худой, нет. Обычное, как ей казалось, тело, приятных правильных пропорций, выраженная талия. Правда, был небольшой животик внизу, который девушка изо всех сил старалась скрыть. Вроде бы, в анфас не видно, а в профиль видно. Голени толще, чем ей бы хотелось, пальцы слишком гибкие, отчего при жестикуляции выглядели слегка неестественно. По крупице набиралось приличное количество недостатков, так что Одри, в итоге, тяжело вздохнула. Может, непревзойдённый шеф прав, и пришла пора пойти в зал? Или, как минимум, пробегать пару километров с утра, перед завтраком. Или сесть на диету. Он правда хорош, нужно соответствовать. В конце концов, сейчас Элс точно понимала.
Ей хотелось с ним быть. Нэд правда выглядел как мужчина, которого она долго ждала.
* * *
Дни шли друг за другом мерно и безучастно. Одно и то же солнце вставало на горизонте каждое утро, одни и те же птицы щебетали, пока их не перекрывал автомобильный шум. Одна из прелестей жизни заключалась в том, что она была предсказуема, тем мила и спокойна. Рабочий день предсказуемо заканчивался в шесть вечера, а начинался в девять. Предсказуемо открывались кофейни, там делали самые предсказуемые в мире сендвичи.
Кто-то находил это скукой, кто-то называл замкнутым кругом, или «днем сурка», а кто-то вообще матрицей. Но разве было бы лучше, если бы транспорт всякий раз приходил на остановку в разное время? Или если бы хорошая забегаловка сегодня открывалась в восемь, а завтра в полдень без видимых причин? Увы, нет. Счастье и положительные эмоции нам дарит лишь предсказуемый хаос.
Одри не могла понять, когда хаоса в её жизни стало через чур много, и почему. Неприятного, болезненного, случайного хаоса. Откуда он взялся?