Засмотревшись на невиданные раньше растения, огромные деревья с развесистыми кронами, надышавшись вкусным воздухом, я и не заметила, как отошла на приличное расстояние. Дом пропал из виду. Зелень кругом. Пора было поворачивать, что я и сделала.
Спустя час я все еще упорно двигалась - как мне казалось - по направлению к дому. Но он как будто исчез. В голову начали закрадываться пугающие мысли о том, что я потерялась. Отгоняя их, я продолжала верить в чудо и свои силы.
Этой веры хватило еще на час.
После бесконечных плутаний по лесу, я поняла, что не чувствую ног. Голодный желудок сходил с ума, ведь чай с печеньем закончились еще утром, на первом привале. Голова разболелась. Продолжать идти стало невозможно. И, прижавшись спиной к дереву, я тихонько сползла на землю.
Футболка из белой прекратилась в темно-зеленую, и вся пропиталась потом. На руках и ногах живого места не осталось из-за мелких, противных царапин и укусов комаров. Колени испачкались в грязи от частых падений. Усталость навалилась такая, что казалось еще шаг и я свалюсь замертво. А вдобавок к моим несчастьям, небо резко заволокло тучами и начал накрапывать мелкий дождь.
Сначала мне это даже нравилось. Он уносил с собой пот и грязь, обдавая свежестью и залечивая раны на теле. Но вскоре моросящие капли сменил оглушающий ливень, от которого никуда не скрыться. Я, словно маленький зверек, вжалась в дерево, подобрав под себя ноги. И, отстукивая зубами дробь, приготовилась проститься с жизнью.
Закоченевшее тело свела судорога. Слезы на щеках смешивались с дождем. Сил не осталось совсем. Да и обратную дорогу мне уже ни за что не найти. Не то что приключения на свою задницу.
И чего мне дома не сиделось? Прогулялась бы как обычно, вокруг дома. Великая богиня Селена, какая же я дура!
Потрясывать начало сильнее. Собственное тело я уже не контролировала. Да и что там, просто не чувствовала. Закрыла глаза, готовясь больше их не открыть. Но внезапно меня подхватили и подняли чьи-то руки.
Сил открыть глаза и проверить, кто и куда меня несет не было. Напала такая апатия, что, если бы меня сейчас утащили поглубже в чащу и попытались съесть, мысленно пожелала бы приятного аппетита.
Весь мир сузился до прижимавшегося ко мне жаркого тела и кокона уютных объятий. А после того, как хриплый голос начал шептать мне в ухо о том, что только дурочка могла додуматься в такую погоду отправиться в лес, стало понятно, что в роли спасателя выступает Яромир.
Я наконец-то успокоилась... Выбралась. Жива. Только вот шел Павлов почему-то не долго.
Как потом выяснилось, от дома меня отделало только то огромное дерево, к которому я прижималась спиной. Так стыдно мне никогда еще не было. Пришлось даже спрятать лицо, прижавшись щекой к мокрой инквизиторской футболке, от которой исходил родной и приятный древесный аромат.
Яр сжал меня еще сильнее, мягко поглаживая спину. Стало хорошо и спокойно. А к скованным холодом конечностям вернулась чувствительность.
Не опуская на пол, он занес меня в ванную комнату, с огромной стальной ванной. Включил воду и сел на край, ожидая, когда наберется достаточно.
Шум убаюкивал. Глаза закрывались против воли. И я бы обязательно уснула, если бы не требовательный мужской голос.
- Расскажи, зачем ты туда пошла? Сбежать решила, глупая?
- Н-н-нет, - отбила я зубами барабанную дробь. - П-п-погулять з-з-ахотелось.
Павлов усмехнулся. Не задавая больше вопросов, он опустил меня на пол и стал стаскивать с меня мокрую одежду. Когда очередь дошла до нижнего белья, я попыталась возразить, но вышло только невнятное мычание. Впрочем, оно его не остановило.
Очутившись в теплой воде, я испытала невероятное блаженство. И даже зажмурилась, наслаждаясь ощущениями. Яр, между тем, стащил через голову футболку и избавился от мокрых джинсов. Оставшись в одних черных боксерах, он взял в руки мочалку и, намылив ее, принялся водить ею по моему телу. Да с таким серьезным лицом, что я, вконец обнаглев, не удержалась от поддразнивания.
- И в-в-вот спинку ещ-щ-ще потри.
Павлов прищурился. Быстро понял, что я наконец пришла в себя и принялся меня вытаскивать. Обмотал полотенцем. Снова подхватил на руки. И понес в спальню, где уложил на кровать.