Со столь мрачными мыслями я и добралась до кабинета, в котором должно было проходить совещание. Народу в нем сейчас, стоит отметить, было предостаточно. Кажется, обсуждения будут серьезные и… шумные. Мы как раз вошли в кабинет в тот момент, когда один из собравшихся пытался донести до остальных какую-то важную по его мнению информацию. Тихо стало лишь, когда мы переступили порог кабинета.
— Артем Федорович, — поприветствовал Артема мужчина, что сидел во главе длинного стола. — Проходите. Вы как раз вовремя. Скоро начнется обсуждение дальнейшего сотрудничества наших компаний.
Судя по всему, сотрудничество это больше выгодно нашей фирме. Иначе бы не мы сюда приехали, а этот вот развалившийся на стуле сурикат. Такой же худенький и того и гляди пятнами пойдет.
Места свободные были, поэтому мы разместились без проблем. Я сразу достала из сумки блокнот и ручку. Нужно было записать основные вопросы. Соколов обязательно спросит с меня хотя бы план сегодняшнего совещания.
Время тянулось медленно. Или это совещание затягивалось? Не знаю, но я начинала уставать от всех этих разговоров, обсуждений и споров. Последних было больше всего. Явно не обсуждать важные вопросы собрались, а лишний раз языками почесать. Только один раз я заинтересовалась темой разговора. Соколов таки взял слово. И вскоре я поняла, что место руководителя одного из отделов фирмы он взял не за красивые глаза. Он на самом деле знал, о чем говорил. Даже больше — он был погружен в работу с головой. Меня же это все касалось мало. Да и понимала я далеко не все. Поэтому старалась внимательно прислушиваться к обсуждениям. И фильтровать споры.
Из кабинета я выползала последней. Понятия не имела, сколько прошло времени, но судя по внутренним ощущениям, я провела здесь больше трех часов это точно. Непозволительно долго. Я уже ненавидела эту работу. Хотя, отработала всего ничего. И начальника на дух не переносила. «Идеальная» работа для того, чтобы повеситься.
Я сторонилась Артема. Поэтому и шла позади, будто мы и не приехали сюда вместе. Только вот обратно до нашего офиса придется ехать в одной машине. И это тоже меня напрягало. Я делала над собой усилия, чтобы ничем не выдать свое душевное состояние. В общем, все, как всегда.
Мы вышли из здания офиса и направились к парковке. Я все так же шла позади, на достаточном расстоянии, чтобы чувствовать себя более-менее уверенной. Чем ближе я была к Артему, тем слабее сама себе казалась. Но ведь я не такая. Почему перед ним веду себя, словно побитая собака, плетущаяся за своим хозяином?
Мы подошли к машине, Соколов отключил сигнализацию и, вот странность, открыл сначала дверь со стороны пассажира.
— Садитесь, Елизавета, — сказал он и отошел чуть в сторону, позволяя мне спокойно залезть в машину.
Это он что, решил быть учтивым? После того, что устроил в лифте? Что ж, я не оценила такие метаморфозы.
Вскоре мы уже поехали в сторону офиса. Говорить ни о чем не хотелось. По крайней мере, мне. А вот Соколов, чтоб его черт задрал, наоборот решил быть более словоохотливым.
— По поводу случившегося в лифте… — начал было он, но я его перебила:
— Я забуду об этом, — сказала, отворачиваясь к окну, расположенному с моей стороны. Смотреть на Артема не хотелось от слова совсем. — Если вы пообещаете, что подобное случилось в первый и последний раз.
— Не могу этого обещать, — огорошил меня новостью Соколов.
Резко повернула в его сторону голову. Да так, что она немного закружилась, а к горлу подступила тошнота. Странно, вроде до этого чувствовала себя вполне нормально. Определенно, это потому, что Артем находится рядом. И еще смеет поднимать столь неприятные для меня темы. Знал бы он, кто я такая, точно бы уже уволил. И пальцем не тронул.
— Объясните, — потребовала. Держать себя в руках становилось все сложнее.
— Вы мне нравитесь, — снова удивили меня ответом. И напугали, чего уж там. У меня аж мороз по коже побежал. — А я не привык отступать или делать вид, что ничего не происходит. Поэтому… — Он бросил на меня короткий взгляд, потом продолжил: — Поэтому решайте, либо вы сами уходите, либо я перейду к более активным действиям. Но, конечно же, принуждать вам ни к чему не стану.
— Да вы романтик, — процедила, с ненавистью (как и всегда) смотря на Артема. — Вы не принуждаете. Просто берете, что хотите. А потом что?
— Что вы имеете в виду? — На меня бросили еще один мимолетный взгляд.
— Вам надоест, и вы сами меня уволите.