Как-то другие рыцари, считавшие, что я заняла свое место лишь благодаря высокому статусу и протекции отца, и оттого завидующие, смешали эти ингредиенты, пробрались в мою комнату и испортили все комплекты белоснежной имперской формы, полученной мной на днях. Черные пятна никак не выводились и в тот день я стерла руки в кровь, пытаясь все исправить. Разумеется, ничего у меня не вышло, смесь оказалась слишком въедливой, и пришлось идти на поклон за новым комплектом. А кастелянша наша, по слухам, в предках заимела драконов с гномами, что и сказалось на характере. Мурашки от нее бежали даже у самых стойких.
Я не рассказывала никому об этой ситуации. Не жаловалась ни отцу, ни старшим. Просто пробралась в комнаты мирно спящих после своей пакости рыцарей, выкрала всю их одежду и скинула в яму с лошадиным навозом. Недостойно дочери герцога и аристократки? Безусловно. Нашли ли мы общий язык с теми парнями? Вполне. После извинений достала по одному-единственному комплекту формы каждого, которые предусмотрительно спрятала в ближайшем деннике, и отдала. Оказалось, они очень даже хорошие молодые люди, когда не творят глупостей.
К чему я вспомнила об этой шалости?
Мои волосы, даже коротко стриженные, были слишком приметными. Показываться в модных салонах для покраски я не могла, да и подкрашиваться нужно каждый месяц. Такой вариант для маскировки не подходил. А вот убойная смесь в моих руках обещала надежный результат, если, разумеется, волосы вообще останутся при мне.
–Ну что же…
***
«Что это за звук?»
Я мигом подскочила, становясь в боевую стойку. За окном только начало светать и кругом стояла гробовая тишина. Причин для столь внезапной побудки не было, но я уверенно потянулась к мечу, висящему на поясе.
«Мне не могло показаться, - я сосредоточилась, прислушиваясь к окружающей обстановке, - здесь что-то не так».
Возможно полевой практики мне и не хватало, но интуиция у меня была хорошей, жаловаться не приходилось. Внезапное осознание заставило холодок пробежать по спине. Я быстро оглянула пространство рядом с собой. Походный рюкзак был собран еще вчера, сказались педантичность и привычка убирать свои вещи с вечера. Но сейчас не было никакой уверенности в том, что получится взять его с собой. Каждая секунда была на счету.
«Это постоялый двор. Трактир. Тут много посетителей. И ночью здесь никак не может быть гробовой тишины».
Скрип.
Доски этого старого здания подвели крадущегося. Не размышляя ни секундой больше, я кинулась к окну. Трава должна была смягчить мое падение, да и прыжок со второго этажа – затея не смертельная. Дверь распахнулась, но у меня была фора. К тому моменту, как имперский рыцарь – или герцогский рыцарь, да хоть личный пес императора – оказался в моей комнате, я уже забежала в денник своей лошади.
–Эйра!
Крик вдогонку, но, мча в неизвестность, я уже не могла разобрать ни голоса этого человека, ни свиста ветра в ушах. Только собственное сердцебиение где-то в горле. Тук-тук, тук-тук, тук-тук.
«Бежать, бежать, бежать!»
Паника захлестнула с ног до головы. Тук-тук-тук, тук-тук-тук.
«Возомнила себя великой шпионкой?! Боги, сколько же следов оставила за собой! Наверняка трактирщик, пусть этому старику икается, вызвал подмогу! Что же делать…»
Внезапно вспомнилось, что кошель с деньгами остался в сумке, как и одежда, лечебные травы первой необходимости и все остальное. В нагрудном кармане лежало лишь несколько серебряников – сдача трактирщика после оплаты комнаты. И пускай осознание, что я не совсем нищая, грело душу, это было малым утешением, особенно сейчас.
Но выбора не было.
Заставив лошадь повернуть в лес, я помчала еще быстрее, постоянно виляя меж деревьев, надеясь избавиться от слежки. Я могла поклясться, что чувствовала дыхание преследователя – или преследователей – у себя на шее. Не знаю, насколько долго мы мчали, но паника слегка притупилась, уступая место логике и воспоминанию.
«Запомни эту историю, маленький рыцарь. Может когда-нибудь, особенно с твоим характером, она спасет тебе жизнь».
Едва удержавшись от того, чтобы хлопнуть себя по лбу, я медленно начала отстраняться от лошади.
–Точно, - прошептала я, а затем ласково погладила шею лошади. – Прости за сегодня, малышка, и за то, что я собираюсь сделать сейчас.