Полная луна висела над морем, по воде струилась серебряная дорожка. Эми и Антон застыли в восхищении, девушка мечтательно опустила голову на сильное плечо своего спутника.
— У вас великолепное самообладание, — улыбаясь, похвалил Антон. — Вы даже не позволяете себе время от времени расслабиться.
— Например?
— Например, вы знаете, что я схожу с ума по вам, и держите меня на расстоянии.
Эми вздрогнула от его неожиданной ласки.
— Ну, сейчас вы находитесь достаточно близко.
— Правда, но наши объятия братские. Впрочем… например, если бы я попытался сейчас поцеловать вас, вы бы отпрыгнули, как дикая кошка.
Девушка закрыла глаза, она вовсе не была в этом уверена.
— А теперь отведите дикую кошку домой, а то она начнет царапаться и фыркать!
Держась за руки, они двинулись к отелю, а желтая луна смотрела им вслед.
* * *Дела в Марселе были завершены, и теперь они могли ехать на Лазурный берег в короткий отпуск. Было решено, что они станут гостями на вилле леди Кэррон, той самой, которую Антон назвал самым проблематичным акционером. О Лавинии Эми могла судить лишь по властному голосу, но она предполагала, что леди Кэррон является кем-то более значительным, чем простая вкладчица.
Антон арендовал «мерседес» с откидным верхом, и они отправились в неторопливое путешествие из Марселя вдоль морского берега. Они проехали мимо залитых средиземным солнцем виноградников, хвойных лесов и широких пляжей, остановились перекусить в саду деревенского ресторанчика, где еда и вино были выше всяких похвал.
— Итак, люди, которые собираются погостить у леди Кэррон на вилле, являются важными акционерами «Зелл Корпорэйшн»? — спросила она Антона.
— Запутанная история, — ответил он. — Однако попытаемся расставить все по местам. Сэр Роберт Кэррон первым финансировал мои предприятия. Я строил заводы на его деньги. Он верил в нас, поэтому купил несколько пакетов акций. Затем он женился на Лавинии. Она была значительно моложе мужа и после его смерти унаследовала состояние… и сейчас в ее руках находятся двадцать процентов «Зелл Корпорэйшн».
— Это дает ей право на голос в компании.
— Точно, отсюда причина нашего визита. Лавиния молода, но очень умна… с большой силой воли. У нее свое видение направления нашей корпорации. Поэтому у меня есть выбор: или выкупить акции… или перетянуть ее на нашу сторону.
— Второе — дешевле, — произнесла Эми, и голос прозвучал так, словно только что она проглотила лимон.
— Дешевле и забавнее, — ответил он, и в его глазах мелькнул озорной огонек.
— Понятно, — тяжко вздохнула девушка. — У покойного сэра Роберта был хороший вкус?
— Лавиния не особо красива, но она — интересная женщина. Увидите.
— И вы едва можете дождаться встречи?
— Это будет настоящая битва титанов, — пообещал он.
— Здесь так спокойно, — вздохнула Эми, любуясь кипарисами и искривленными стволами оливковых деревьев. — Настоящий заколдованный сад. Хорошо, что мы уехали из Марселя.
— Да уж, Генри был готов разорвать вас на части.
— Всего лишь дал мне свою визитную карточку.
Сердце Эми защемило, когда они покинули ресторанчик и отправились дальше. Она никогда еще не чувствовала себя столь счастливой и… испуганной.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Вилла Лавинии Кэррон располагалась не в самом Антибе, а за городом на скалистых, согретых солнцем холмах. Место было превосходным, с удивительными видами на гавань и раскинувшимся внизу старым городом. Вдали, на другом берегу залива, виднелась Ницца.
Построенный из камня дом, очевидно, стоял уже два или три века. На реставрации не экономили. Когда они ехали по безупречной дорожке, посыпанной гравием, Эми заметила современные скульптуры среди аккуратно подстриженных цветущих кустов и высоких кипарисов. Благоухание роз разливалось по саду.
Они ехали по двору, в центре которого высился величественный, сверкающий мраморный фонтан; три огромных льва извергали воду из своих оскаленных пастей.
— Италия, восемнадцатый век, — просветил девушку Антон. — Импортирован Лавинией из Флоренции.
Выйдя из машины, они услышали цоканье лошадиных копыт, и владелица усадьбы собственной персоной на большом гнедом мерине грациозно въехала во двор. Она легко соскочила с лошади.
— Антон! Дорогой! Как приятно видеть тебя!
Леди Кэррон оказалась стройной женщиной с каштановыми волосами, худым загорелым лицом, на котором ярко сверкали большие глаза фиалкового цвета. Черты лица, как и говорил Антон, были скорее интересными, чем красивыми: орлиный нос и довольно тонкие губы, и все же она была очень привлекательна и чудесно выглядела в белой льняной сорочке, сапогах и бриджах для верховой езды. Она горячо поцеловала Антона в щеку.