И в этот сладостный момент из коридора донесся голос, который нельзя было спутать:
— Антон? Ты потерялся, милый мальчик? Где ты?
— Будь проклята эта несносная женщина! — вырвалось у Антона. Он поцеловал веки Эми. — Она хочет, чтобы мы все отправились в Антиб, посмотреть на лунную дорожку на воде или еще какую-то чушь.
— Все равно я уже собиралась выставить вас вон, — с трудом произнесла Эми. Собрав остатки сил, она оттолкнула от себя мужчину. — Долг зовет! Идите туда, где ждет вас слава.
Антон тихо рассмеялся.
— Баю-бай, сладких снов, ангел.
Он выскользнул из комнаты, и спустя минуту раздался игривый смех Лавинии.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Она всегда будет считать пребывание на вилле самым несчастливым событием в жизни.
Началось с того, что на следующее утро Герда Мейер, швейцарка, слегла в постель с желудочными болями. Неужели действительно сыграли свою роль токсины в мидиях, о чем она говорила за столом?
Во искупление грехов — чтобы не уволили за дерзость, — Эми приняла на себя роль сиделки и утешительницы Герды, которая, к слову сказать, оказалась совсем нелегким пациентом. Ее муж, Гейнц, старался держаться от постели страдалицы по возможности подальше.
Подавая в двадцатый раз отвар ромашки, Эми обнаружила больную, сидящую в кровати с укором на лице, светлые волосы торчали в беспорядке, будто тоже возмущались тем, что приключилось с хозяйкой.
— Почему вы заговорили обо всех этих ужасах вчера вечером? — запричитала дама в постели. — Вы страшно меня расстроили! Что, если я отравилась?
— Я уверена, это простая желудочная инфекция, — терпеливо объяснила Эми. — Летом такое часто происходит, особенно после ужина из мидий.
— Не упоминайте мидии! — Герда схватила чашку с ромашкой и залпом осушила содержимое. — О, мой бедный живот! И я выгляжу как пугало, — простонала она, вглядываясь в зеркальце. — Единственно, что вы можете сделать, это помочь мне принять презентабельный вид для приема посетителей.
— Конечно, — вздохнула Эми. Она нашла серебряную расческу с монограммой и начала приводить в порядок тяжелые светлые волосы.
— А где Лавиния и Антон? — спросила Герда. Эми заскрежетала зубами оттого, что имена произносились так, словно составляли неразделимое целое, но ответила:
— Они уехали на верховую прогулку.
Она действительно видела их, прогуливающихся бок о бок после ленча, и они очень подходили друг другу. Сегодня Антон едва удостоил Эми словом, будто они существа с разных планет. Все его внимание было направлено на Лавинию.
— Они скоро поженятся, — сказала Герда. — Пожалуйста, осторожнее! Вы выдергиваете волосы!
— Извините, — глухо откликнулась Эми. — Что заставляет вас думать, что они собираются пожениться?
Блондинка захихикала.
— О, эта мысль давно засела у Лавинии в голове. А что Лавиния хочет, то и получает!
— Думаете, Антон Зелл не скажет «нет»?
— А почему он должен говорить «нет»?
— Ну, возможно, он против брака.
— Против? — смутилась швейцарка. — Они оба богаты, красивы, с чувством стиля. Они принадлежат друг другу. Любой это заметит.
Эми сглотнула слюну.
— Да, полагаю, так. Но кажется, между ними есть различия.
— Вы говорите о новых технологиях? О, ерунда! Незначительное препятствие. Она приглашала его сюда вовсе не за этим, уверяю вас, Элзи.
— Меня зовут Эми. А зачем она приглашала его сюда?
— Разумеется, чтобы сделать предложение.
— О! В наши дни уже женщины делают предложение мужчинам?
— Ха-ха! Она умна, как сто чертей. Знаете, она даже получила лицензию на вождение вертолета!
Эми попыталась сконцентрироваться на густых волосах Герды.
— Да, я слышала.
— Мужчины подобны вертолетам. Вам просто нужно выучить, какие кнопочки нажимать и за какие рычаги тянуть, и вуаля, вы летите! — Она снова захихикала. — Это будет свадьба века. Помогите мне надеть халат.
Чувствуя, как внутри все ноет от негодования, Эми помогла Герде облачиться в цветастое розовое одеяние гейши. Блондинка выставила вперед свою высокую грудь и многозначительно погладила свои формы.
— Они чудесные, не так ли? С вашими тоже полный порядок. По крайней мере они больше, чем у Лавинии. Грудь — это ее единственный недостаток, который она даже не желает исправлять, — сказала Герда с неожиданным всплеском злорадства.
— Полагаю, у нее есть другие достоинства, о которых иная женщина может лишь мечтать, — буркнула Эми, помогая своей подопечной завязать пояс.
Счастливая пара вернулась с прогулки более сплоченной, чем ранее. День стоял жаркий, пропитанный запахом трав, наполненный громким пением цикад. Эми пришлось бороться с собственным воображением, которое услужливо рисовало забавные картины того, чем бы могли заниматься эти двое под сенью искривленных елей или в прохладе оливковой рощи.